Читаем Незнайка в Солнечном городе полностью

Легко мне раньше было жить —Ходил горизонтально.Теперь я вынужден ходитьЗачем-то вертикально.Кому-то вздумалось, друзья,Так подшутить коварно.Мне, может быть, совсем нельзяХодить перпен-перпен-перпен-пендикулярно!Шагать нормально не могуИ целый час мозгую,Когда поднять одну ногуИ опустить другую.И мысль шевелится в мозгуКакая-то туманная:К чему, понять я не могу,Мне эта роскошь странная?Я в раздражении большомИ весь дрожу от злости,И хочется, чтоб все кругомСебе сломали кости.

(Несколько раз вздрагивает, показывая, насколько он обозлён, всем происшедшим с ним.)

Пегасик.

Раньше был ослом я, братцы,Был бы рад им и остаться.

Все трое (подражая крику осла).

Йок! Йок! Йок!

Пегасик.

Но теперь по чьей-то волеСтал я вроде цапли, что ли.Йок! Йок! Йок!От мерзавцев нет спасенья,Уж взялись за превращенья!Йок! Йок! Йок!Мне не нравится ни каплиВид иметь двуногой цапли!Йок! Йок! Йок!Раньше мог гулять без скуки,Было ног четыре штуки.Йок! Йок! Йок!А теперь что за причина?Ног осталась половина.Йок! Йок! Йок!Раньше мог хвостом махать я,Ловко мух им отгонять я.Йок! Йок! Йок!А теперь какие муки!просто одолели мухи!Йок! Йок! Йок!Если б не свершилось чудо.Лучше стал бы я верблюдом.Йок! Йок! Йок!Все верблюды очень рады,Им штанов носить не надо.Йок! Йок! Йок!Я же вопреки природеДолжен быть одет по моде.Йок! Йок! Йок!От одежды я потею.Пот струится мне за шеюЙок! Йок! Йок!В пиджаке мне очень тесно,Даже жить неинтересно!Йок! Йок! Йок!И простите за признанье,В людях что-то обезьянье.Йок! Йок! Йок!Взять пример с ослов могли бы,Не носили пиджаки бы.Йок! Йок! Йок!

Брыкун. Слушай, Калигула, какую замечательную вещь Пегасик придумал. Вырыть здесь яму. Если прохожий будет идти с той стороны, он за верёвку зацепится — и прямо головой вниз! Ха-ха-ха! Умник, правда?

Калигула. Умники вы оба! А если прохожий появится с той стороны, тогда что?

Брыкун (разводя руками). Тогда что?.. Тогда что, Пегасик, а?

Пегасик. Ну, тогда он, естественно, свалится сначала в яму, а потом уже споткнётся о верёвку.

Калигула. Сообразил! Зачем он станет тогда спотыкаться? Пока он будет выбираться из ямы, он разглядит верёвку и спотыкаться уже не захочет. Лучше мы сделаем, как на Галетной улице: нальём вокруг верёвки на тротуар жидкой краски. Вот я и краску уже притащил. Прохожий споткнётся о верёвку, упадёт и измажется краской с головы до ног.

Пегасик. Хорошо бы и сажей вокруг посыпать. Ты не достал сажи?

Калигула. Достал, вот. (Показывает на пакеты.) И мел туг, и сажа.

Брыкун (неожиданно оборачиваясь). Тс!.. Идёт кто-то.



Все быстро прячутся за ограду. На тротуаре появляется Прохожий. Когда он подходит к верёвке, из-за ограды раздаётся свист. Прохожий на ходу оборачивается и, не заметив верёвки, цепляется за неё и падает. Калигула, Брыкун и Пегасик выскакивают из-за ограды и помогают ему подняться.



Калигула (участливо). Не ушиблись ли вы, голубчик?

Прохожий (кряхтя от боли). Локоть ушиб.

Брыкун. Как же вы так растянулись, голубчик? Поосторожней бы надо!

Прохожий. Сам даже не знаю как! Зацепился за что-то.

Перейти на страницу:

Все книги серии Незнайка

Похожие книги

Пьесы
Пьесы

Великий ирландский писатель Джордж Бернард Шоу (1856 – 1950) – драматург, прозаик, эссеист, один из реформаторов театра XX века, пропагандист драмы идей, внесший яркий вклад в создание «фундамента» английской драматургии. В истории британского театра лишь несколько драматургов принято называть великими, и Бернард Шоу по праву занимает место в этом ряду. В его биографии много удивительных событий, он даже совершил кругосветное путешествие. Собрание сочинений Бернарда Шоу занимает 36 больших томов. В 1925 г. писателю была присуждена Нобелевская премия по литературе. Самой любимой у поклонников его таланта стала «антиромантическая» комедия «Пигмалион» (1913 г.), написанная для актрисы Патрик Кэмпбелл. Позже по этой пьесе был создан мюзикл «Моя прекрасная леди» и даже фильм-балет с блистательными Е. Максимовой и М. Лиепой.

Бернард Шоу , Бернард Джордж Шоу

Драматургия / Зарубежная классическая проза / Стихи и поэзия
Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»
Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»

Работа над пьесой и спектаклем «Список благодеяний» Ю. Олеши и Вс. Мейерхольда пришлась на годы «великого перелома» (1929–1931). В книге рассказана история замысла Олеши и многочисленные цензурные приключения вещи, в результате которых смысл пьесы существенно изменился. Важнейшую часть книги составляют обнаруженные в архиве Олеши черновые варианты и ранняя редакция «Списка» (первоначально «Исповедь»), а также уникальные материалы архива Мейерхольда, дающие возможность оценить новаторство его режиссерской технологии. Публикуются также стенограммы общественных диспутов вокруг «Списка благодеяний», накал которых сравним со спорами в связи с «Днями Турбиных» М. А. Булгакова во МХАТе. Совместная работа двух замечательных художников позволяет автору коснуться ряда центральных мировоззренческих вопросов российской интеллигенции на рубеже эпох.

Виолетта Владимировна Гудкова

Драматургия / Критика / Научная литература / Стихи и поэзия / Документальное