Читаем Невротички полностью

Несколько месяцев платонического поедания шаровых харчей Юрой привели к тому, что в бюджете образовалась небольшая дыра. Просить мужчину было не в стиле Зои, ведь он и сам должен был догадаться о необходимости принести кулек с продуктами хотя бы раз. Да и адекватный человек не требует вербализации подобного понимая, что в отношения нужно вкладываться хотя бы материально. А ведь вместо мяса по-французски, итальянской карбонары, салата из морепродуктов или еще теплых судочков, которые Юра периодически уносил еще и маме после плотного ужина, можно было купить что-то более полезное или как минимум перспективное.

Думать о будущем бесхозного кота, идущего на запах съестного, хозяйка перестала. Пусть другую объедает.

Обреченный роман закончился банально. Зоя заглянула милому, но уже изрядно раздражающему человеку в серые, как и он сам, глаза:

– 

Вкусно было?

– 

Ага.

– 

Добавки?

– 

Давай.

– 

А нет больше.

Юра все понял – человеку с интеллектом не надо повторять дважды. Вера убрала со стола пустые тарелки и вышла проводить бывшего. Тот неспешно надел зимние ботинки на цигейке, застегнул под горло пуховик, обвязавшись синим шерстяным шарфом, чтоб не продуло в морозный зимний вечер на троллейбусной остановке по дороге в хрущевку к маме, установил на голове несгибаемую барсучью шапку и гордо покинул помещение.

***

Роман с Женей начался на работе. Зоя кулинарила обеды для иностранцев украинского происхождения, которые патриотично получали прибыль в валюте с инвестиционных, развивающих страну проектов. Мужчина был водителем и доставлял пятые точки патриотов в аэропорт на рейс Киев-Вашингтон.

Однажды женщина надела шорты чуть выше колен и пришла в офис, где ее давно наблюдали, но пригласить на свидание не решались. Ничего лучше не придумав, как сообщить Зое о том, что ноги нужно брить не только до колен, но и выше, потенциальные влюбленные поняли, что у них много общего. Например, чувство юмора и трепетная неловкость перед друг другом.

Новый мужчина стал любимым. Но одно нерешенное дело из прошлого, настоятельно влияющее на настоящее все же было, и Зоя набрала номер:

– 

Я предлагаю тебе часть денег за долю в квартире, – поставила женщина перед фактом Колю. Развод – еще не повод выселить бывшего из трешки, которую сама же и выбила.

– 

Какие деньги? Треть принадлежит мне!

– 

Ты не живешь тут и не будешь. Я отдам часть за твою честь и дальше без претензий.

– 

Сколько?

– 

Пять тысяч, устроит?

– 

Не густо. Давай еще хотя бы триста.

– 

Больше не заслужил. Это все что есть.

– 

Давай.

Зоя пригласила Колю домой, попросив Женю поприсутствовать на кухне. На всякий.

Женщина достала полиэтиленовый пакет с наличкой, приготовленный накануне. Чтобы собрать нужную сумму, она разрывалась несколько лет на части, пока Сергей проживал вместе с новой любовью несколькими этажами ниже. Уборка подъездов и квартир обеспеченных иностранцев, диета из куриной похлебки на костях, отсутствие полноценного сна даже на выходных – Зоя хваталась за любую возможность заработать и отложить. Помимо кровных, взяла в долг у друзей, знакомых, знакомых их знакомых под проценты, ибо родственники как-то не расщедрились.

Разменять жилплощадь в 90-х было трудно. Та и зачем, если квартира принадлежала ей. Выписать бывшего просто так было запрещено, а на уговоры и взывания к совести мужчина не поддавался. Пришлось копить на отступные.

Коля достал содержимое и все пересчитал:

– 

А остальное?

– 

В смысле?

– 

Ты еще триста должна.

– 

Какие триста? Мы же договорились вчера!

– 

Ты жучишь. Я посчитал. И сказал тебе.

– 

У меня больше нет, – в глазах потемнело, и Зоя сползла по стенке у балкона, схватив рукой белую тюль.

– 

Найдешь. Я не выпишусь, мне нужно тоже как-то жить.

– 

Ты за три года к дочери ни разу на лифте не поднялся, далеко идти было? Ни копейки не дал ни на еду, ни на лекарства. Звонком не побеспокоил! Я эту квартиру зубами выгрызала, пока ты бухал годами по подворотнях! – вопела женщина сидя на корточках.

Зоин бессильный монолог прервал Женя. Мужчина вошел в комнату, вручил Коле деньги и попросил мускулистым плечом удалиться из помещения.

– 

Откуда ты знал, что попросит?

– 

Мудаки предсказуемы.

– 

Где ты взял, мы ж все отдали? Ты ж никогда пальцем никого не тронул, а его прям взглядом уложил.

– 

Толерантно отношусь ко всем, кроме сволочей. Теперь его в твоей жизни больше не будет.

В тот вечер Зоя рыдала навзрыд от благодарности за любовь мужчины, который совершенно случайно оказался порядочным и заботливым. Через неделю Коля официально стал бомжем, но отделаться от него навсегда не представлялось возможным – у них была общая дочь. Печально, когда женщина страдает от подонка, но еще страшнее, когда у такого есть право принимать решения по ребенку.

– 

Поле нужно разрешение на выезд заграницу, – каждое лето заводилась одна и та же песня.

– 

Кучеряво живешь, – с завистью брякнул Коля.

– 

В который раз напоминаю – это для твоей дочери.

– 

И?

– 

Что и? Подпись под разрешением поставь.

– 

Сотка.

– 

Это твой ребенок!

– 

Ты, значит, меня из квартиры выперла, а я теперь должен твои вопросы решать?

– 

Мои?

–