— Эй-эй, тут!.. — Спохватилась девчонка, в миг забывая о своей маленькой победе, ибо, блин, там и её доля была, которую она тоже хотела съеть, ей ведь нужно!.. — Л-ладно… Ешьте…

Ехидна вытянула ноги. И отпустила уже одежду, всё равно он не смотрел — смутился слишком сильно, и теперь взгляда из той миски поднять боялся. А самой ей было так сидеть прохладно. После чего коротко оглянулась, чтобы убедиться, что он ест — и вздохнула.

Маг был некрасив и не ухожен. Откровенно толст. И далеко не молод внешне, потому что он так и не перешёл на ту ступень, когда магические потоки начинали изменять ход привычного старения, наделяя человека гораздо более длинным сроком жизни.

И что уж говорить? Во многом, он был её "типом". Чтобы большой и тёплый. А ещё он производил впечатление отщепенца, бедного раненого щеночка, которому требовалась забота. Заставлял её холодное и бесчувственное сердце (Шаос каждый раз активно кивала самой себе при этой мысли, да…) биться. Так что, составить ему компанию, чтобы как-то скрасить вечер, ей было не сложно — пусть она его практически и не знала.

— Вы тёплый… — Сказала синеволосая грешница, прижимаясь щекой к его не очень сухой за день ходьбы подмышке. И издала кряхтящий, но очень похожий на мурлыканье звук.

— Послушай, это… как-то странно. Там — твои друзья, и у тебя наверняка ещё много тех странных историй, которые ты им всю дорогу рассказывала…. Ты прости, я тебя особо не слушал.

Её локоть коснулся его бока — но не сильно. Так, в шутку. Но этого хватило, чтобы маг дёрнулся и измазал кашей свою бороду.

— Эй, да ладно! Да ты сама посуди! Я тебя почти не знаю, и все твои разговоры были для меня всего лишь каким-то бессвязным бредом!

Опять толчок — ибо он сильно ошибался. Бессвязным бредом эти разговоры казались не только ему одному!

— Ну хватит, прекращай! Ты же меня тоже совсем не знаешь! Я до сих пор ума не приложу, чего ты решила со мной тут киснуть. Со старым, снедаемым виною пьяницей! Может, ты вообще поиздеваться надо мной решила, откуда мне знать? Липнешь тут, трёшься. Дразнишь. Только ты ж вот не думай, я хоть и волшебник — но я не девственник! Не какой-то там моложавый сосунок, что краснеет, когда с ним девушка заговорить решила! Я то знаю ваши эти игры — найти какого-нибудь неудачника — и давай его стращать! А потом берёте — и просто уходите! Ещё и за напитки за вас потом платишь! Дааа, меня этими вашими суккубьими играми не пробьёшь!

Шаос не сразу врубилась, о чём он и о ком. Но при слове на букву "с" в её голове щёлкнул триггер. Суккуб? Это она — суккуб?! Да щас! Шаос вскочила с места и на ходу, пытаясь в это время задеть мага своим хвостом, развернулась, чтобы встать перед ним во весь свой небольшой рост и грозно выставить перед собой палец — маленький, с кругленьким ноготком на конце. И не такой уж, в общем-то, и грозный… Что вообще можно было сказать о ней самой, ибо в большей степени она придуривалась, но некоторую обиду за то, что её снова сравнили с одной из этих прожигательниц жизни, испытала.

— Я — не сук-куб! — По слогам произнесла она…

А потом до неё дошло. Он не знал даже того, что она — ехидна? Серьёзно? То есть Брилль, рассказывая о ней, ни разу не упомянула её в выражении "грязная свиноматка"? Или же… Стоп! А её бывшие спутники вообще что-нибудь о ней ему рассказывали? Ибо опустить эту деталь было сложно… И ведь тогда выходило, что волшебник мог вообще слабо догадываться о том, кто она из себя такая? Так… может, он вообще тогда не знает и того, что она на самом деле грязная нимфоманка? Что не шутила и действительно разрешала себя трогать, а, при некоторых уговорах, могла даже с ним… переспать? Если бы ему этого хотелось? Так может быть… он вообще считает её всего лишь неуёмной… проказницей? У которой слова до дела не доходят? Считал, что она просто его дразнила?

Правильно ли она выстроила логическую цепочку, были ли в этом всём ещё какие-то детали, которые она упустила — ей уже было неважно. Её самолюбие уже было в припадошной форме уязвлено. А это означало лишь одно — она должна была на этом наивном человеке отыграться. В крайне жестокой форме.

— Эй… Ты законтил есть, а?

Задрав голову повыше (и компенсировав это сведёнными к носу зрачками), Шаос высокомерно скрестила на груди руки. При это свисавшие на грудь волосы поднялись, что придало ей ещё и нахохленный вид.

— Ой, ну да ладно, не злись ты. Я не хотел тебя обидеть. Просто достало меня то, что меня тут в х*р собачий не ставят. — Но ехидна уже была непоколебима — и смотрела на него сверху вниз немигающим (почти немигающим — от слишком редкого моргания глаза начинали слезаться) взглядом.

Каши оставалось на самом дне. И доесть ему её пришлось под пристальным наблюдением со стороны, ощущая от этого высшую форму неловкости, выразившуюся в выступившем на спине поту.

— А тепей возьмите… — Пауза. Чтобы маг, из-за чувства вины поверивший её игре, успел ещё сильнее разволноваться. — …и нассыте в эту миску. Пъи мне. На виду. Или я сказу, стобы вас выгнали из отъяда. Или сделали сто похузэ…

Глава 15,5. Чаша. ☙❤❧