Читаем Неоконченные споры полностью

Йог, который после работ,после всех забот и собраний,все же на голову встаети стоит, молодой и странный.Два часа, два с половиной,даже три часа на голове!В проносящейся мимо лавиной,в равнодушной к йогам Москве.Йог, который сердечный ёк,боли в печени, в кишке шишкиусмиряет, съедая паекиз растрепанной взятой книжки.Он бредет с улыбкой восточнойпо-над западной пустотой,деловитый и даже точный,сложный, в то же время простой.Он, по коммунальной квартиревсе расхаживающий в трусах,он, в шумливом и сложном мирепопадать не хотящий впросак, —сыроядец, молокопийцаради странных своих идей,успевает он как-то скопиться,накопиться между людей.Он склоняется над Европой,он толкает ее к траве:ну, чего тебе стоит! Пробуй.Постоим на голове.

Петровна

Как тоскливо в отдельной квартиреСерафиме Петровне,   в чьем мирекоммунальная кухня былаклубом,   как ей теперь одиноко!Как ей, в сущности, нужно не много,чтобы старость успешнее шла!Ей нужна коммунальная печь,вдоль которой был спор так нередок.Ей нужна машинальная речьвсех подружек ее, всех соседок.(Раньше думала: всех врагинь —и мечтала разъехаться скоро.А теперь —   и рассыпься, и сгинь,тишина!   И да здравствуют ссоры!)И старуха влагает перстыв раны телефонного диска,и соседке кричит: — Это ты?Хорошо мне слышно и близко!..И старуха старухе звонити любовно ругает: — Холера! —И старуха старуху винит,что разъехаться ей так горело.

Опасности первого шага

Дед и бабка учат ходитькрупного, серьезного внука.Это первая в жизни наукав серии: овладеть — победить.В серии: решиться и смочь —это первое в жизни деянье.Надо преодолеть расстоянье.Самому себе надо помочь.Молод дед, и бабка юна —ныне в моде ранние браки.На буреющей летней травкев майке он, в сарафане она.С той поры, как свой первый шагсами сделали,   миновалосорок лет с небольшим. В ушахгрохот скорости, вроде обвала.Но сейчас не об этом речь.Речь о внуке. Его отвагаих пугает. Как остеречьот опасностей первого шага?

Самостоятельность

Самостоятельный! А прежде слово «смирный»с значительной произносилось миной,что, мол, смирен и, стало быть, хорош.А нынче смирных ставят ни во грош.А нынче смирных ни во грош не ставят!Смиренье вечными снегами стает,как только стает — вовсе утечет,и смирные, они теперь не в счет.Но самому стоять! Самостоятельно —желательно, прекрасно и сиятельно!По собственному поступать умуи разбираться лично. Самому!Самостоятельный! И значит: сам стою,отвергнувши опеку и подпоры,и ввязываюсь, если надо, в споры,и этого нисколько не таю.

Прикладная психология

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2

1820–1830-е годы — «золотой век» русской поэзии, выдвинувший плеяду могучих талантов. Отблеск величия этой богатейшей поэтической культуры заметен и на творчестве многих поэтов второго и третьего ряда — современников Пушкина и Лермонтова. Их произведения ныне забыты или малоизвестны. Настоящее двухтомное издание охватывает наиболее интересные произведения свыше сорока поэтов, в том числе таких примечательных, как А. И. Подолинский, В. И. Туманский, С. П. Шевырев, В. Г. Тепляков, Н. В. Кукольник, А. А. Шишков, Д. П. Ознобишин и другие. Сборник отличается тематическим и жанровым разнообразием (поэмы, драмы, сатиры, элегии, эмиграммы, послания и т. д.), обогащает картину литературной жизни пушкинской эпохи.

Николай Михайлович Сатин , Константин Петрович Масальский , Семён Егорович Раич , Лукьян Андреевич Якубович , Нестор Васильевич Кукольник

Поэзия / Стихи и поэзия