Читаем Неназываемый полностью

– Ты не хочешь передохнуть минутку? – спросил Малкхая. Он знал, что магия изнуряет. Одной из его обязанностей было сохранять силы Шутмили.

Ее взгляд ничего не выражал.

– Я делаю это каждый вечер, Страж, – напомнила она. Малкхая пытался приучить ее обращаться к нему по имени – по прошествии нескольких месяцев даже Арица перестал называть его Стражем, – но формальности были ей куда ближе фамильярности.

– Мы можем взять «Расцвет» для осмотра внешнего периметра, – предложил он на всякий случай.

Им повезло, что им выдали катер. Обычно Исследовательское управление скупилось на такие вещи – возможно, Церковь в целом считала, что для человека важно ходить на своих двоих. Малкхая подозревал, что подобное везение как-то связано с тетей Шутмили. Теоретически адепт не мог иметь личных связей, но делить одну фамилию с инквизитором высокого ранга еще никому не вредило.

– Я предпочла бы прогуляться, – сказала она. – А то весь день взаперти.

Малкхая подумал, что если бы ему пришлось весь день просидеть за столом рядом с Арицей, расшифровывая надписи, он бы тоже захотел прогуляться.

Они добрались до внешнего периметра, который проходил вдоль берега замерзшего озера. Здесь под странным углом торчали какие-то развалины.

– Когда-то здесь был форт, – сказала Шутмили. – Предтечи сражались за это озеро.

– Правда? – переспросил Малкхая. Она так редко сама заводила разговор, что ему хотелось поддержать беседу, но он не знал как.

– Все они исчезли, – сказала она. – Властители и строители их крепостей.

Малкхая почти год провел в лагере, но до сих пор не понял, что же такого примечательного было в этом мире Предтеч. По данным Исследовательского управления, они были одними из предшественников современной карсажийской цивилизации, но ничто в этих руинах и курганах не казалось Малкхае знакомым. Предтечи построили множество гробниц и оставили на них кучу надписей, а затем просто вымерли – как и все в этом мире.

Из-за своего невежества он не мог понять того, о чем большую часть времени говорили Шутмили и Арица. Всю свою взрослую жизнь Малкхая был Стражем Церкви – он давно работал в Исследовательском управлении, но никогда не задумывался о том, над чем работают его подопечные. Его задача заключалась в том, чтобы обеспечивать их безопасность, а не размышлять об утраченных городах Предтеч. Но обычно у него в напарниках был как минимум еще один Страж. Теперь уже много месяцев рядом не было никого, кроме Арицы и Шутмили, и ему часто казалось, что он присматривает за двумя капризными детьми, а иногда даже – что он сам еще один капризный ребенок.

Внешний периметр простирался примерно на три мили – час ходьбы в почти полном молчании. Порой Шутмили бормотала что-то себе под нос, проверяя флаги или зажигая лампы, но с Малкхаей она не говорила.

Красный закат уже потускнел, единственными яркими пятнами в серых сумерках были флажки по внешнему периметру. Все остальное в умирающем мире было цвета земли, пепла или льда. Тишину нарушал лишь свист ветра среди разрушенных укреплений.

В этом мире не осталось растительности. К ним едва ли сможет подкрасться кто-то или что-то. Малкхая должен был чувствовать себя защищенным. Хорошее, спокойное место. Как он сам то и дело напоминал Шутмили, главную угрозу в этом мире для них представлял холод.

Иногда, когда мир быстро умирает, он начинает разлагаться, и происходят всякие мерзкие вещи. На предыдущих заданиях Малкхая был свидетелем того, как земля разверзается и поднимаются мертвые. Он видел, как челюсти Лабиринта начинают смыкаться над миром. Но этот мир умирал так медленно и незаметно, что они не видели ни одного воскрешенного. На протяжении веков мертвые Предтечи спали спокойно.

Как ни странно, Малкхае это место все равно не нравилось.

– Страж, смотрите, – сказала Шутмили. Он повернулся – наверняка она обнаружила еще одну надпись, посвященную Девяти богам, – и замер как вкопанный. В небе над дальним концом озера, в промежутке между двумя холмами, летел незнакомый корабль.

– Клянусь Матерью всех городов, – пробормотал Малкхая.

– Мы ведь не ждем доставку? – спросила Шутмили. Исследовательское управление раз в месяц отправляло им горючее и припасы. Но корабль уже прилетал на этой неделе.

– Нет, – ответил Малкхая, – это не карсажийский корабль. – Он пристально уставился на него, словно пытаясь отогнать прочь силой воли. – Маячки не те.

– Тогда чей он? – нахмурилась Шутмили.

– Не знаю, – ответил он, наблюдая, как корабль скрылся за холмами. – Он крупнее «Расцвета», но меньше, чем стандартный имперский фрегат. Не думаю, что это боевой корабль, разве что какой-то крохотный корвет… – он осекся, заметив, что Шутмили непонимающе смотрит на него – совсем как он, когда она говорит о надписях, – и постарался говорить бодрее. – Он не наш. Но это не значит, что нам стоит бояться. Он улетел в другую сторону.

– Здесь никого не должно быть, – заметила Шутмили. Без привычного холодка ее голос звучал совсем юно. – Сюда никто не прилетает. Это одна из причин, почему мне поручили это задание. До экзамена в Квинкуриат осталось два месяца, и…