Читаем Натюрморт с усами полностью

Но художники не отступили под натиском обывателей. Кошку вымочили в спирте, покрыли чёрным лаком, а потом приклеили к полотну. Таким образом возникла известная картина — «Натюрморт с усами», которая была вскоре приобретена кем-то из зарубежных коллекционеров и ныне является украшением Галереи искусств в одной из латиноамериканских столиц, где фигурирует под названием «Портрет госпожи X».

На вернисаж собрался весь цвет местного общества: дамы в глубоко декольтированных платьях и господа с чёрными зонтиками в руках — по последнему крику мужской моды.

Первым взял слово секретарь окружного союза художников. Показывая публике на темнеющий провал подземелья, едва озарённый мутноватым светом ламп, он долго и красноречиво распространялся о художниках, которые доблестно сражались с мещанами, филистерами и ретроградами, о славных страницах истории современного искусства.

— Под знаменем Пикассо и Матисса, Леже и Брака, Дали и Василия Кандинского — вперёд! — закончил свою речь секретарь.

Представитель отдела культуры взял в руки огромные ножницы и единым махом перерезал ленту, открывая тем самым выставку,

Первым отправился в недра подвала секретарь, за ним поспешили остальные гости. И тут древние своды прямо-таки содрогнулись от воплей ужаса, женского визга и проклятий мужчин.

Вдоль всего подвала бесконечной вереницей тянулись картины… Но какие это были картины! На одном полотне: ревущий олень, омытый лучами зари на фоне елей и горных вершин… На другом: белоснежный лебедь на голубом пруду, далее — девица, которая спала, преклонив голову на колени юноше, елейный апостол в лиловых одеждах, морской пейзаж с парусом…

Окружной секретарь ревел, точно раненый зубр, бросаясь от одной мазни к другой. Но со всех сторон на него поглядывали только лебеди, павлины, девицы, апостолы…

Наконец, окружного секретаря осенило — он понял всё!.. Эти мещане совершили акт изощрённой мести! Пробравшись украдкой под покровом ночи в подвал, они заменили шедевры современного искусства чудовищной мелкобуржуазной халтурой!

Секретарь резким движением выхватил револьвер и принялся палить куда попало — прямо, вверх, вправо, влево…

Публика в панике бросилась к дверям. От беспорядочной пальбы погибали в порядке живой очереди олени, лебеди, девицы, принцы, святые…

Последним пал на ниве современного искусства, сражённый метким выстрелом окружного секретаря, представитель отдела культуры. Упокой, господи, его душу!

Перевод М.Игнатова

В наследство от предков, кроме дюжины медалей и кучи долгов, мне достался старинный пистолет, некогда служивший моему прадеду — легионеру в борьбе с врагами отчизны, а заодно и с его собственными.

Пистолет этот в наши дни может представлять разве что музейную ценность, тем не менее благодаря длинному стволу и инкрустированной перламутром рукояти он производил внушительное впечатление на всех, кому я его ни показывал.

Долгие годы я хранил это оружие в футляре на шкафу, но в конце концов настал момент, когда пистолет должен был сослужить мне службу.

Близился день моей помолвки. Моя девушка до последней минуты не могла решиться: она то с плачем падала в мои объятия, то травила меня собаками. Её окончательное решение представляло собой полную загадку… Итак, в одно прекрасное утро, будучи на грани отчаяния, я сунул пистолет в карман и с букетом цветов направился к избраннице моего сердца. Уже с порога я увидел, что она в плохом настроении, но отступать было поздно. Одной рукой я протянул ей букет, а другой выхватил пистолет и приставил дуло к её груди.

— Ты хочешь стать моей женой?

— О боже, хочу! — воскликнула она, побледнев как полотно.

Через неделю состоялась свадьба.

С тех пор пистолет начал оказывать мне неоценимые услуги. Во-первых, я получил квартиру. Председатель жилотдела, правда, поначалу чинил препятствия, увиливал от прямого ответа и даже двусмысленно бросил:

— Если мы получим, то и вы получите.

Тогда я приставил ему к виску пистолет и коротко спросил:

— Стрелять?

— Сейчас всё будет сделано! — пролепетал струхнувший чиновник.

Вслед за этим я пробился на должность репортёра в редакцию иллюстрированного журнала. С получением интервью у меня никогда не возникало хлопот. Если только кто-нибудь пробовал отказывать мне в интервью, я подносил к самому его носу пистолет, и очередная жертва, как по нотам, отвечала на все мои вопросы. Этот метод давал великолепные результаты, и мои построчные гонорары росли.

Плохо приходилось и тому, кто пытался надуть меня! Неоднократно в магазинах или у мясника в лавке я вынужден был прибегать к помощи моего верного друга. И тотчас же продавец, меняясь в лице, извинялся:

— Действительно, произошла небольшая ошибка! Не принимайте этого близко к сердцу, пан начальник!..

Больше всего, однако, доставалось от меня разного рода мерзавцам и хулиганам. Бывало, возвращаюсь домой поздно вечером, вдруг из подворотни показывается бандит с кирпичом в руке и нагло предлагает:

— Купите кирпич!

Молниеносным движением я выхватываю старинное оружие и, в свою очередь, рекомендую: