Читаем Ната полностью

— А грязная какая,— продолжала бабушка.— И кто тебе разрешил ходить босиком? Сейчас же надень туфли.

— А я всё время хожу босиком и не простуживаюсь,— ответила Ната и закричала:— Тётя Галя, бабушка приехала!

Тётя Галя вышла, вытирая передником руки.

— Матрёна Ивановна!— удивлённо воскликнула она, обнимая бабушку.— Почему же вы телеграмму не дали, я бы вас встретила?

Поход за ягодами отложили на завтра.

Когда бабушка умылась, позавтракала и отдохнула с дороги, Ната взобралась с ней на колени и стала рассказывать обо всём — о дедушке, о Васе, о цыплятах.

Но когда она дошла до того, как училась ездить верхом, бабушка ужаснулась:

— Так и убиться недолго!

— А я не убилась!— заболтала Ната ногами.

Прибежала Нюра.

— Бабушка, ты пойдешь с нами купаться?

— Пойду.

Открыв чемодан, она достала свернутое полотенце. Девочки побежали вперед. Бабушка крикнула им вдогонку:

— Подождите нас, не купайтесь!

Когда она с тётей Галей подошла к пруду, девочки уже сбросили платьица.

— Может, вода ещё холодная,— сказала бабушка и, вынув из полотенца термометр в деревянной оправе, опустила его в воду.

— Мы без термометра давно купаемся, и никто не простудился, — улыбнулась тётя Галя.

Бабушка, не отвечая, вынула из воды термометр и, надев очки, посмотрела на него:

— Ну, купайтесь. Только не глубоко ли тут?

Девочки бросились в пруд, и Ната закричала:

— Бабушка, иди с нами купаться, вода совсем тёплая, только сразу окунуться надо!

Но бабушка купаться не захотела и, подстелив газету, села.

Когда тётя Галя подплыла к берегу, бабушка спросила:

— А много у вас каждое лето тонет людей?

— Да вот уже лет пять никто не тонул.

Бабушка с сомнением покачала головой. Посидев ещё немножко, она сказала:

— Что-то от солнца голова заболела, пора домой идти.

— Ой, мы же совсем не покупались!— взмолилась Ната.

Но тётя Галя вышла на берег:

— Бабушка с дороги устала.

Когда они вернулись домой. Ната спросила:

— Бабушка, а ты любила купаться, когда была маленькой?

— Мы с подружкой Катей, бывало, до того накупаемся, что посинеем,— начала бабушка, но, спохватившись, закончила:— Да что об этом вспоминать, беспризорными мы росли, потому и делали, что не надо.

Ната запрыгала:

— Ага, сама купалась сколько хотела, а нам так нельзя? Мы ещё сегодня пойдём!

Наступил вечер. Над прудом заклубился прозрачный туман, потянуло свежестью.

Девочки стояли и смотрели, как тётя Галя доит корову Милку. Пальцы тёти проворно двигались, тонкие струйки молока звонко били в стенки ведра. Нате казалось, что доить очень легко и весело, и она попросила:

— Тётя Галя, дай я попробую!

— Попробуй,— засмеялась тётя и отодвинулась в стоорону.

Ната присела на корточки и стала доить. Она как будто делала так, как и тётя Галя, но молоко почему-то не бежало. Милка беспокойно переступила ногами и оглянулась.

— Наверно, не годишься ты в доярки,— сказала тётя Галя,— пусти.

В это время сзади испуганно закричала бабушка:

— О господи, корова её прибьёт!

И бросилась к Нате.

— Что вы, Матрёна Ивановна, обернулась к ней тётя Галя.— Милка у нас спокойная.

Но бабушка, не слушая её, потащила Нату за руку. Та упиралась.

— И ничего Милка не ударит, как будто я маленькая!

— А то большая?— сердито ответила бабушка, садясь на крыльцо и усаживая рядом Нату. Совсем ты тут разбаловалась, пора домой ехать.

— Ничего я не разбаловалась,— вскочила Ната.— И домой я не поеду, мама писала, что сама за мной приедет.

— И без мамы доедем,— совсем рассердилась бабушка.— Ишь, как со старшими говорить научилась!

К крыльцу подошла тётя Галя.

— Ой, сколько молока!— схватилась Ната за дужку ведра.— Давайте я помогу нести.— И замахала свободной рукой:— Нюра, идём скорей молоко пить!

— Парное молоко полезно,— одобрила бабушка.— А корова-то у вас проверена?

— Проверена,— успокоила её тётя Галя.

На улице загрохотала телега и остановилась у ворот.

— Петя приехал!— завопила Нюра.

В калитку действительно вошёл Петя, весь покрытый пылью.

— Бабушка!— радостно удивился он.

Бабушка хотела обнять его, но остановилась.

— Где ты так вымазался?

— Мы с Васей быстро ехали, сейчас помоюсь.

И, положив рюкзак на крыльцо, Петя побежал к пруду.

За ужином Петя с увлечением рассказывал, как он сегодня один ездил на дальнее поле.

— Воронок теперь меня понимает с полуслова,— похвастался он.

— Придётся тебе, кажется, из города к нам перебираться,— улыбнулась тётя Галя.

— И переберусь. Я уже договорился — на будущее лето меня конюхом возьмут.

— Час от часу не легче!— возмутилась бабушка.— Ната к корове лезет, ты с лошадьми возишься, чтобы покалечили. Докупаетесь, что кто-нибудь утонет.

— Плавать надо хорошо, тогда и не утонешь,— заметил Петя.

— Вас разве переговоришь?— вздохнула бабушка, гладя Нату по голове.

Когда тётя Галя стелила постели, Ната подбежал к брату и шепнула:

— Петя, пойдём на крыльцо, мне тебе что-то сказать надо.

Закрыв за собой дверь, Ната спросила:

— Почему бабушка дома всё понимала, а тут не понимает?

— Что?— удивился Петя.