Оба мужчины уставились друг на друга. У обоих глаза горели злостью и решительностью. Через короткое время, у банкира дрогнули губы и он быстро отвел взгляд.

— Мой дорогой друг, — вкрадчиво начал ди Рёх. — Если ты не подпишешь свидетельство, подтверждающее подпись моей племянницы, то вся эта куча бумаги будет годна лишь на то, чтобы в нее заворачивали рыбу. Ты же умный, Дюш, почему я тебе это объясняю?

Банкир тяжело вздохнул и посмотрел на своего сына, по подбородку которого текла противная мерзкая слюна. Одна подпись — и он спихнет свой позор на шею неизвестной девицы. По крайней мере, он избавится от ежедневной муки — видеть это существо. А еще на горизонте маячит проверка, которая раскроет его грехи.

— Не бодайся, Дюш, — холодно бросил ди Рёх и подошел к нему. — Когда ты вступишь во владение ди Верреев, то приятно удивишься. — Барон склонился к уху собеседника. — Здесь много интересного.

— Почему я не могу присутствовать на церемонии? Я хочу видеть, как леди Нель будет подписывать договор.

— Я же тебе говорил, Дюш. Она его не подпишет. Потому, что не захочет. Сам подумай, кто, в здравом уме захочет выскочить замуж за твоего сына? Ох уж этот закон о древних родах. Если бы не он, то ее никто и не спросил бы, — барон картинно вздохнул. — Но имеем то, что имеем. Твой сын — дворянишко мелкого помеса, а она — высшая знать, не чета ему.

Банкир Дюш скривился.

— Кто бы говорил. Сам-то кто?

— Да, мой друг, и я такой же. Дворянишко безземельный. Поэтому наша леди имеет полное право подписать или не подписать брачный договор. Статус позволяет. Вот если бы твой сын был герцогом… Я, правда, не уверен, что она знает об этом законе. Но надо подстраховаться. И поэтому я пригласил знающего человека — мага-заклинателя, который мягко свяжет ее волю и принудит к подписи. Только и всего.

— А потом? Она же сможет опротестовать договор.

— Не бойся, — мелко захихикал ди Рёх. — В ее красивой головке будут ложные воспоминания, где она добровольно ставит подпись. Дюш, не считай меня за дурака… Кстати, ты не заметил? Мы перешли на «ты», как и полагается родственникам.

Банкир тяжело встал со стула и заходил по кабинету.

— Подписывая этот документ, я признаю, что являюсь свидетелем подписи. Так?

— Так, — терпеливо кивнул ди Рёх.

— Тогда объясни, что мне мешает быть этим самым свидетелем? — Банкир прямо посмотрел в глаза опекуна Нель.

— Таковы условия мага. Во время ритуала в комнате не должно быть посторонних. Дюш, подписывай, или все полетит коту под хвост. Хватит, — вдруг повысил тон барон. — Думаешь, я не понимаю, почему ты сейчас упорствуешь, чистоплюй?! Хочешь остаться чистеньким, беленьким и приятно пахнуть? Хочешь задаром получить родовое имя и состояние? Подписывай или убирайся вон!

Барон затрясся от злости. По его щекам пошли красные пятна и вновь проступили странные язвочки, которые он обнаружил утром — они сильно зудели, поэтому пришлось посылать за целителем, а потом выдержать неприятную процедуру — маг лечил чирьи Пламенным Словом. Чтоб его, еле выдержал.

— Хорошо, — глядя исподлобья, боднул головой Дюш. Взял в руки перо и подписал бумагу, подтверждающую истинность подписи, которую еще не поставила на брачном договоре леди Нель ди Веррей.

Глава четвертая

Наступил вечер, и небо заблестело звездами, одаривая мир переливчатой красотой. Нель, облаченная в темно-голубой шелк, была не менее прекрасна, чем далекие небесные светила. В дорогом, небесного цвета платье, с высоко уложенной прической, слегка подкрашенная — едва припудренный носик, чуть ярче подведены губки, — Нель ди Веррей превратилась в истинную аристократку.

В изумленных глазах дядюшки впервые пробежало сомнение — а прав ли он сейчас, выдавая ее замуж за никчемного сына банкира. Такая леди, да с таким родовым именем, могла бы составить приличную партию знатному господину из столицы. И он, барон ди Рёх не остался бы в накладе.

Но что поделаешь, таковы обстоятельства.

Опекун с сожалением подавил вздох и обернулся к вновь прибывшим гостям. Приглашенных было много. Нель, с приклеенной улыбкой на лице приседала в неглубоком реверансе, благодарила за поздравление, обменивалась комплиментами, и через час почувствовала, как разболелась голова — без всякого притворства.

Она пробежала вокруг глазами, ища Лессу, и незаметно ей кивнула. Та, скрывая лицо под маской нимфы Верстенского леса, в свободной шелковой накидке зеленого цвета, кивнула в ответ. Настало время приключений.

Нель подошла к опекуну и тихо ему шепнула.

— Дядюшка, мне нужно отлучиться на несколько минут.

Ди Рёх недовольно пожевал губами.

— Не задерживайся. Скоро твой первый танец и мэр Ридан нижайше просил исполнить его с тобой.

— Несколько минут, дядюшка, не беспокойся.

Скрывшись за поворотом и оказавшись на лестнице, Нель подхватила полы платья и припустила со всех ног, перескакивая через ступеньки. Коридор был пустынен, только у дверей ее комнаты нервно маячила фигура нимфы из Верстенского леса.

— Ну, где ты ходишь? — Прошипела она, переступая с ноги на ногу.

Нель быстро открыла ключом комнату.