— Чтоб ты провалился в навозную яму, — зло выплюнула она в полумрак комнаты. — Чтоб ты чирьями покрылся по самую макушку.

Представив своего дядю в россыпи красных вздутых гнойников, девушка весело прыснула в подушку. Воображаемую картинку завершал пузатый чирей, пристроившийся на кончике носа барона. Нель хищно прищурилась и прошептала слово, одно единственное.

Однажды, она услышала его от монахини, отваживающей крыс из подземной кладовой. Слово звучало как абракадабра. Но еще тогда, в монастыре девушка почувствовала в нем тайный магический узелок, из множества которых сплетается волшебство.

В незашторенное окно комнаты приплыла луна. Брызнула бледным посеребренным светом, осветив шкаф, на дверце которого по-прежнему висело платье. В лунном отблеске, знаменитый хилиджанский шелк словно ожил. Вычурный рисунок заблестел, в очертаниях полотна проявились чудесные цветы, крылья сказочных птиц, ветви чужестранных деревьев.

Нель напряглась и резко поднялась на локтях. Но стоило это сделать, как видение ожившего рисунка растворилось. Девушка вновь опустилась на подушку. Глубоко вздохнула и закрыла глаза. Надо хорошо выспаться, завтра будет трудный день.

Утром, Нель разбудил отчаянный щебет ранних птах и стук в дверь. Молоденькая горничная принесла поднос с легким завтраком. Всю неделю, как Нель вернулась из монастыря, за ней прислуживала эта девушка, на вид лет пятнадцати, но говорливая и бойкая, как фермерша с сельского рынка.

Нель присела на кровати и потрясла головой, прогоняя остатки сна.

— Ах, леди Нель, вы слышали, что сегодня с утра творится? Хотя, что я болтаю, вы же только проснулись.

Нель нахмурилась и вопросительно уставилась на служанку. Та всплеснула руками и громким шепотом рассказала новость.

— Господин барон подхватил червивую болезнь.

— Червивую болезнь? — Нель удивленно вскинула брови.

— Червивую. Когда червии выскакивают на теле. Ох, вы бы знали, какая это гадость!

— Червии? Может, чирей? — Переспросила Нель.

— Червии-червии, — служанка прыснула и небрежно махнула ладошкой. — Гадость еще та, недели две теперь господину мучиться, если только мага-целителя не позвать.

Нель состроила удивленную рожицу и покачала головой.

— И с чего это вдруг? Совсем себя дядюшка не бережет. Наверное, что-то съел.

Девушки переглянулись и тихонько засмеялись, поглядывая на дверь. Да, определенно, день начинался неплохо.

Нель с удовольствием позавтракала и, выпроводив болтливую служанку, задумалась — как вынести из комнаты и спрятать в саду небольшую дорожную сумку из плотной парусины, в которую она сложила самое необходимое.

Впрочем, у каждого свое представление о том, что это такое — «самое необходимое». У кого-то в этот перечень войдет десять платьев, столько же пар обуви, обязательно — алмазный гарнитур… А куда же без легкого плаща, отороченного черно-бурой лисой. Что уж говорить о черепаховом несессере с набором самых необходимых предметов для ухода за телом…

Нель этот перечень ограничила парой скромных платьев, сменой нижнего белья, двумя миниатюрами в тонких рамках с портретами отца и матери, и небольшим кошельком, в котором не так звонко перестукивали монеты, как этого хотелось бы. Пять золотых дукатов и какая-то мелочь — все, что сумела она накопить, проживая в монастыре. По договору, дядюшка высылал на ее содержание скромную сумму и еще более скромные средства на карманные расходы, которые она сберегла.

Нель выглянула в окно, потом подошла к двери, осмотрела коридор. Вокруг было тихо. Главное — не встретить Мариэтт. Девушка схватила свою поклажу и вышла из комнаты. Добежав до лестницы, поднялась на третий этаж. Быстро проскочила пустынную галерею, на стенах которой красовалась отцовская коллекция древнего оружия, а вдоль колонн стояли, точно живые, статуи воинов в доспехах.

За галереей, в маленьком коридорчике, виднелась неприметная дверь на балкон. Нель осторожно открыла ее, ступила на крошечный пятачок и посмотрела вниз.

Балкон выходил на старую, заброшенную часть особняка, за которым начинался сад. Девушка огляделась и бросила дорожную сумку в кустарник. Теперь осталось спуститься вниз и перепрятать поклажу понадежней. Что она и сделала, выйдя из дома через черный ход.

Глава третья

После обеда прибежала Лесса. Взволнованная, напряженная, точно тетива.

— Виконт Салари вчера сделал мне предложение, — на щеках девушки горел нездоровый румянец. — Все, Нель, назад дороги нет. Отец подписал брачный договор. Через неделю помолвка, через месяц свадьба.

Нель вздохнула и присела рядом с подругой. Погладила ее ладонь, потрепала по плечу.

— Я обещала и я исполню. Если этот пьяница будет буянить — мы его проучим. Только никому не говори, — Нель опасливо посмотрела на дверь и зашептала. — Я знаю такие секреты, о которых здешние маги даже представления не имеют. Северная провинция отличается от остального королевства. В монастыре благочестивой Ефимии хранятся такие тайны, что королевские маги себе макушки чешут. Да только кишка у них тонка, чтобы добраться до них.

Лесса беззвучно ахнула.

— А как же королевский совет по магии?