— Ладно, попробую, — ответила Катя, пожимая плечами.

— Только осторожно… Она ведь довольно ранима; а её обычная гиперактивность — это, вероятно, своего рода, самозащита.

***

После занятий Катя подошла к Ларисе и, осмотревшись, спросила:

— С Юлькой-то всё в порядке?

— Не знаю, — пожимая плечами, ответила Лариса. — Вижу, что подавленная она какая-то… Кать, она ведь всегда как в панцире — переживаниями своими не делится как другие.

— А давай-ка дождёмся её, да и пойдём вместе.

— Ладно, — согласилась Лариса. — Ты, кстати, поможешь нам завтра реквизит в порядок привести?.. Надо бы маску «медвежачью» починить…

— А «барсучачью» — не надо?

— Нет, её ногами никто не пинал… Ой! Юльку чуть не прозевали!.. Пошли!

Догнав Юлю, Катя и Лариса несколько раз попробовали заговорить с ней, однако разговор всякий раз угасал, едва начавшись. Когда запас тем для разговоров, казалось, был исчерпан, Катя, чуть приотстав, вопросительно взглянула на Ларису, слегка разведя руками.

— Как твой Тёмка поживает? — тут же сообразила Лариса.

— Умер, — коротко ответила Юля.

— Как?! — воскликнула Катя, но, увидев, что Юля несколько ускорила шаг, продолжать не стала.

Лариса придержала Катю за руку, хотя необходимости в этом и не было. Молча они дошли до перекрёстка и перешли через дорогу. Только теперь Юля обернулась и сказала:

— Ну ладно, до завтра.

— А давай-ка мы с тобой прогуляемся, — предложила Лариса.

— Нет, нет, не надо, — возразила Юля, вяло помахала рукой и пошла, не оглядываясь.

— Может, за ней пойдём? — спросила Катя, будто размышляя вслух.

— Какой смысл?.. Нет, не надо; она ведь не как зомби — контролирует себя нормально; а пережить это — ей только время поможет.

— Тя-же-ло, — протянула Катя. — Я его и не знала, и не видела, а тяжело… Не представляю, как она с этим справится.

— А я успела с Тёмкой пообщаться… Юля как-то болела — вот и позвала меня с собой, чтоб ей самой к нему в палату не заходить… Там палаты-то особые: боксы с окнами, выходящими в коридор… Я к нему прошла; а она — за стеклом стояла, руками ему махала…

— У него иммунная система была ослаблена?

— Да… При лейкозе ведь кроветворение нарушается; к тому же, ещё и цитостатические препараты назначают.

— Может, из-за какой-нибудь инфекции и умер?

— Много причин может быть: пневмония, сепсис, нейролейкоз, внутреннее кровотечение; а возможно, что и лечили плохо… Ещё насмотришься, как наше здравоохранение к простым людям относится: как стариков с переломами «отфутболивают», чтоб показатели смертности в стационарах не повышались, как формально обследуют, как формально лечат — лишь бы на бумаге всё было «правильно»…

— Страшно своих детей заводить.

— Страшно, — согласилась Лариса. — Предпосылок для подобных болезней предостаточно.

— Даже в воздухе полно канцерогенов из-за выхлопных газов.

— А есть «дебилы», которые ещё и курят в присутствии детей… Юля-то, кстати, начинала курить, а когда стала к Тёмке ходить, да о причинах лейкозов почитала — моментально бросила.

— А завтра ещё «шмотки театральные» перебирать, — вспомнила Катя. — Освободить бы Юльку от этого.

***

Расставшись с Ларисой, Катя медленно шла по улице. Всё вокруг казалось ей серым и мрачным. «Надо обязательно на тренировку сходить — отвлечься от этого уныния», — подумала она.

Мимо «проползал», покосившийся от перегрузки, автобус. Катя недовольно поморщилась, понимая, что сейчас автобус остановится и из него вывалит толпа, но вдруг чей-то взгляд через автобусное стекло привлёк её внимание. Взгляд этот показался Кате знакомым и тоскливым; она почему-то решила, что кто-то смотрел именно на неё. Не желая попасть в толпу, Катя ещё больше замедлила шаг, продолжая вглядываться в окно автобуса, хотя в этом уже не было никакого смысла.

С трудом выбираясь из автобуса, люди быстро расходились в разные стороны.

— Привет, — раздалось совсем рядом с Катей.

Знакомый голос прозвучал как-то тоскливо и виновато, поэтому Кате показалось, что человек этот просто вынужден был пройти рядом и вовсе не хотел быть замеченным ею, но считал, что она его уже заметила и узнала.

— Борис?! — удивлённо воскликнула Катя. — Что с тобой?.. Ты на себя в зеркало смотрел?!

— Это, видимо, вместо приветствия, — вяло пошутил Борис. — Ладно, понимаю, что опустился…

— Ну и возьми себя в руки, раз понимаешь. Для начала выкинь вон ту гадость, — Катя указала на сигарету, которую Борис пытался спрятать.

— Только несколько секунд назад прикурил… Понадеялся, что ты за это время мимо пройдёшь…

— Ах вот как! — воскликнула Катя, укоризненно покачивая головой.

— Ты не так поняла… — начал было оправдываться Борис, решительно бросая в снег едва начатую сигарету.

— Да поняла я всё, — перебила Катя. — Кстати, от этой мерзости лейкоз бывает… Знаешь, что такое лейкоз?

— Рак крови… Лёха меня уже пугал целой «кучей» болезней. Говорит, что и ноги из-за этого отрежут, и губа нижняя отвалится, и рак пищевода будет, и ещё что-то.

— Это всё — правда, а не просто «страшилки».

— Знаю, что правда.

— А про то, что бывает от пьянства, Лёха тоже рассказывал?

— Да… Сама-то почему такая мрачная?.. Что-то случилось?

— Так заметно?