Читаем Москва полностью

11 | 01213 Вот в Вологде как-то проездом я был     8863 И одну вологодку себе полюбил                 Я ей говорил между дел: Вологодка                 Снимай, дорогая, скорее колготки!                 Она отвечала: Не надо! Не надо!                 Там ведь солнце же светит, жара и прохлада!                 Загорать будем                 Масло вологодское есть будем! кружевами вологодскими,                                                  шуршанием их шаловливую игру всепроникающих пальцев услаждать будем!11 | 01214 Я жил нехитро и немножко     8878 Порою даже за глаза                 Как вроде маленькая кошка                 Иль средней силы стрекоза                 Но только возгорались страсти                 Я вырастал размером пасти;                 А ну-ка, все нишкните, бляди!                 Воспользовались, что я вроде                 Маленький такой11 | 01215 Пытаясь разобраться в тайных различиях экуменизма     8887 и интернационализма, если такие                                                  существуют, в их преломленном культурном аспекте                 В старинных аллеях петровского парка                 Летала Наталь Николавною Парка                 И нити вязала и пела: Аминь!                 И старец китайский китайц Тао Минь                 И старец другой, но японц Боа Дай                 С китайскою тайной в глазах выходили                 И я говорил: вы все ели да пили                 Теперь попляшите-ка! Ну-ка поддай                 Василь Иваныч, жару11 | 01216 Что Рейган? – ну еще четыре года     8890 Попрезидентствует вот, а у нас                 Ах до двухтысячного года                 Есть план, а вот еще у нас                 Такое есть бессмертное, едрить                 Неописуемое, что ему не жить                 А у нас уже есть

Обо всем

1989

Предуведомление

Этот сборник как бы обо всем и ни о чем в особенности. Да и писался он, вернее, стихи, его заполнившие, в промежутках между другими специализированными, направленными на разрешение какой-то одной, строго ограниченной темы, проблемы, задачи, текстами. Так что они, стихи эти – именно и есть стихи в таком прямом легком незаинтересованном, случайном, мимолетном как бы, неуловимом, но и чистом и открытом для всего остального смысле.

11 | 01217 Эй, пойди сюда, нога!                 Не нога ль ты мне на милость?                 – Нет вот, я тебе рука! —                 Эка все переменилось                 ВокругА то, бывало, крикнешь: Ой, пойди-ка сюда! не нога ли ты мне на милость Богом данная, а?! – Нет, – отвечает подлая, – рука я твоя, Богом на милость тебе данная! – эка, милая моя, как все вокруг переменилось!11 | 01218 А вот свинья – ее и Бог обидел                 И человек ее кладет под нож                 Я подхожу к ней в обнаженном виде                 Дотрагиваюсь тихо, а она: Не трожь!                 А я отвечу: Вот, я тоже голый                 Вот, я как ты! Но только я глаголом                 Еще                 Жечь умею11 | 01219 Рахиль Бухарина по харе                 Херачит, а Бухарин: Хари! —                 Поет                 А потом оказалось, что это – Сталин11 | 01220 В будущем как-нибудь детское тельце                 К тельцу прижмется шепча горячо                 Здесь вот покоится дедушка Ельцин                 А рядом покоится вождь Горбачев                 Ну, а другое такое же очень                 Тихое тельце прошепчет в ответ:                 А я вчера видела как среди ночи                 По полю бродит Пригов-поэт —                 Знаешь такого? —                 Нет! —                 Ну и ладно
Перейти на страницу:

Все книги серии Пригов Д.А. Собрание сочинений в 5 томах

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Места
Места

Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Современная поэзия

Похожие книги