Все равно научится! —

И я научился, но некая обреченность все равно присутствует во всем вокруг

* * *

Только в Европе думают, что жизнь дается один раз.

Это является причиной всяких поспешностей, включая революции.

Я долго думал над этим, но для себя все-таки решил, что я европеец

* * *

В самой ранней юности я видел, как на свежей пачкающейся еще траве совокуплялись очень пожилые люди.

Тогда я не мог понять, как такое вообще возможно

* * *

Я подходил к высокому парапету, на котором сидела обычная чайка.

Вдруг она как-то боком, скукожившись, свалилась вниз.

Я подбежал взволнованный к парапету, приняв ее за что-то человечески-беспомощное в отношениях с высотой, воздушными провалами и падением, и опять был обманут

* * *

В детстве с приятелем, моим легким полуродственником, будучи дачными детьми, написали мы в деревенский колодец.

Жители деревни обозлились несказанно и кричали, что нас убить впору.

А сейчас вот позвонила его жена и сказала, что позавчера он умер

* * *

Я думаю, что когда все эти годы Ленин по утрам возвращался в свой гроб, бывало ли у него малейшее сомнение в возможности не попасть точно в место прописки

Оставь свои недоумения

1993

Предуведомление

Задачей этих стихов, кроме естественных желаний и претензий быть благозвучными и одушевляющими, было обнажить столь назойливо и пугающе объявляющуюся сейчас проблему отчуждения. То есть люди как бы отделены друг от друга неким прозрачным, но жестко отъединяющим экраном. В западной обыденной жизни и философии это сложилось в понятие приватности личности, в ее самозамкнутости и самодостаточности, а также в недостойности попыток внедриться в нее со стороны какой-либо другой личности, неважно, с какими-либо претензиями, или благостными пожеланиями душевной бескорыстной помощи. Но у нас все еще живы архаические иллюзии некоего общего, никому не принадлежащего обволакивающего всех коммунального контекста-тела, внутри которого можно внедряться в кого угодно. Ан нет.

* * *

Припоминается еще что-то про портрет Сталина, смотревший куда-то влево и вверх, и не хотевший обращать на меня внимания, несмотря на все мои детские усилия

* * *

Вспоминается и портрет Ленина, вообще проходивший насквозь

* * *

Вспоминаются какие-то дяденьки, пробегавшие впопыхах