Читаем Мой Проклятый Север полностью

— Представь, как много этих «напуганных» людей пойдут мстить ни в чем неповинным Проклятым. Беззащитным Проклятым, — перебила его я.

— Уверен, что это не навсегда, а лишь до тех пор пока не улягутся волнения, — продолжал спорить он.

— Иртон-старший сгустил краски, — покачал головой Эйджел. — Рассказал все то же, что и нам вчера, только к концу, после его речи о введении новых правил для Проклятых, ему рукоплескали без остановки.

— Да, Одаренные и не-маги обрадовались. А если вспомнить, что многие и до этого не поддерживали нововведения короля, считая, что интеграция Проклятых происходит слишком быстро… Рейтинг Иртона-старшего вырос до небес, — угрюмо добавил Киш. — На радостях он заявил, что берет на себя временное управление королевством.

Рыжий был без настроения. В течение всего выступления возле Илаира находилась Элира. Довольная и спокойная, она стояла по левую руку от Одаренного, а Иллат, с отрешенным безрадостным лицом — по правую.

— А с нами что теперь будет? — посмотрела на нас Лейра. — Мы остаемся в лагере?

— Никто не знает, — пробормотала я. — Пока ждем указаний.

Обычно практика пятикурсников длилась учебный год. При ее успешном прохождении студенту предлагался полноценный контракт. Нам до официального завершения практики оставалось еще шесть месяцев. Если, конечно, Иртон-старший не решит вмешаться и не изменит наше распределение.

Сходив на обед и вернувшись обратно в комнату, я по привычке взяла в руки артефакт связи, вторая половина которого находилась у Тария. Я нежно погладила тонкую пластину, вспоминая наши переписки и вечерние разговоры с куратором.

Та внезапно зажглась, показывая новое сообщение.

«В полночь, у меня. Будь одна».

Тарий!

Сердце подпрыгнуло, перевернулось и забилось как бешеное. От счастья перед глазами затанцевали полары со скрофами, отплясывали гнаты, а бенгалы хлопали в ладоши.

Однако через несколько мгновений радость испарилась. Это не мог быть куратор. Судя по довольному голосу Иртона-старшего, когда он об этом упоминал, Тарий действительно был схвачен Одаренными.

Может, ловушка?

Подумала и горько усмехнулась. Какая к гнату ловушка, если все Проклятые или пойманы, или на пути к вирриловому обраслечиванию? Да и про наш с куратором артефакт знал только Эйджел. Но представить старосту, разбалтывающим секреты кому-то еще, у меня, как я ни старалась, не получалось.

Возможно ли, что кому-то из Проклятых удалось вырваться? Или даже изначально не попасться Одаренным?

Например, Кирису. Если часть отправленных в Хагратскую тюрьму бойцов из лагеря Иртон-старший перечислял пофамильно — Дейрена, профессора Джирута, и еще с десяток Проклятых — то про Кира я не слышала ничего.

А учитывая, что Тарий полностью доверял мужчине, Кирис вполне мог знать и про артефакт.

Я взволнованно ходила по комнате, не останавливаясь ни на миг. Что же делать? Нужно ли рассказать друзьям? Кого-то предупредить?

«Будь одна» — говорило сообщение.

Вдруг, поделившись информацией, я случайно спугну Кириса? Более того, пока я так и не вычислила, кто из Одаренных растрепал Илаиру о нападении на меня. И полностью доверять не могу никому из них. Даже если очень хочется. Разве что Эйджелу… И Кишу… Нет, слишком большой риск!

Идти придется одной.

Кое-как дождавшись вечера, я быстро поужинала и, не дожидаясь ребят, вернулась в корпус. Подходя, бросила взгляд на окна куратора, но они были темными.

Оставался вопрос, как в полночь выбраться из комнаты незамеченной. Однако тут мне повезло: если бойцы-Одаренные в лагере пока бездельничали, ожидая новых указов и распределения по отрядам, то Целители работали без изменений, и Лейрино дежурство в лечебнице выпало как раз на эту ночь. Интересно, знал ли об этом мой таинственный отправитель или это случайность?

Около десяти вечера подружка, слегка поднывая, собралась и ушла. В десять тридцать ко мне в комнату завалились рыжий со старостой. Чтобы не вызвать подозрений и, не дай Светлая Мать, ненужных вопросов, я старалась вести себя как обычно. Хотя, когда Киш отобрал у Эйджела очки и, нацепив на себя, начал изображать старосту, а староста, покрасив волосы в рыжий, стал подмигивать мне левым глазом (выглядело это пугающе), я едва не придушила обоих.

Наконец, за десять минут до двенадцати они соизволили убраться. А я, сменив домашнюю пижаму на более практичную одежду, выглянула в коридор и, удостоверившись, что он пуст, отправилась на второй этаж.

Когда я в очередной раз взламывала замок куратора, мои руки дрожали.

Приоткрыв дверь, я быстро юркнула в комнату.

Через наглухо зашторенные окна не проникало ни отблеска от светившего на улице фонаря. Камин, обычно зажженный, стоял погасшим — и от этого в помещении было холодно и сыро. А еще темно.

Единственным источником света оказались горящие глаза сидящего в кресле мага.

Пробудив дар, я зажгла на ладони небольшое пламя и подошла к столу. И застыла на месте.

Я настолько убедила себя, что отправитель сообщения — Кирис, что оказалась не готова к встрече с совершенно другим Проклятым.

Зло улыбаясь, на меня смотрела Тиала.