Читаем Мемуары Омеги полностью

Здесь снова нужно было решить серьезную проблему. После охоты мужчины приходили с добычей в племя кормить самок, отдыхать и удовлетворять сексуальные потребности. И сталкивались с проблемой - согласно своим архаичным прошивкам все, или почти все самки хотели давать только нескольким высокоранговым мужчинам. У низкоранговых они были готовы брать жратву, но не собирались за нее справедливо расплачиваться. Низкоранговые сказали - Ребята, мы так не играем! - мы все вместе воюем, защищаем нашу территорию и наших баб, прикрываем друг другу спины, всей, понимаешь, дружной кодлой, валим носорога, а бабы, суки - нам после всего этого не дают! Высокоранговые ответили - мы понимаем вас, парни - и возник институт семьи. Каждый мужчина получил в единоличное пользование по самке, а высокранговые - и по несколько штук, качеством соответственно своему статусу, начал ее кормить и монопольно по мере потребности потрахивать, и разумное человечество, прихватив с собой баб, ускоренными темпами ломанулось к светлому будущему.


Довольно длительное время "светлым" это будущее, ставшее настоящим, было в основном не в переносном, а прямом смысле - там было очень много снега, а заодно и льда - ледниковый период, однако. Но, по порядку:


Примерно 100-200 тысяч лет назад, опять же в Африке возникли люди уже практически современного типа - кроманьонцы, которых наука (на данном этапе развития) считает прямыми предками современного человечества. 50-70 тысяч лет назад кроманьонцы начали волнами расселяться по всей Евразии, и, позже - по всему миру. Заодно, по мере распространения по Евразии, кроманьонцы перебили и сожрали потомков более ранних и более примитивных ветвей мигрантов - синантропов ("эректусов"), питеканропов ("хабилисов") и знаменитых палеантропов - неандертальцев. С неандертальцами даже поначалу умудрились слегка поскрещиваться. Неандертальцы попались ребята мощные и суровые, и давали серьезный отпор - перебить их окончательно нашим пращурам удалось только после 30-40 тысяч лет не мирного сосуществования.


Итак, в Евразии стоял ледниковый период. Там было очень сухо и очень холодно, особенно зимой. Преобладающей природно-климатической зоной была тундростепь - равнина, покрытая буйным разнотравьем. Водилось там величайшее множество разнообразнейшего зверья, от оленей, овцебыков, бизонов, туров, всяческих лошадей, до шерстистых носорогов и пресловутых мамонтов. Соответственно, хватало и хищников - волков, гиен, львов и медведей. Собственно, ничего радикально нового по сравнению с родными африканскими саваннами наши предки не увидели - зверье, собственно, было то же самое - только "в профиль" - более крупное, жирное и шерстистое. Разница, и это важно, была в том, что в условиях тундростепи такой способ добычи пищи, как собирательство, пролетал как фанера над Парижем - там, минимум 10 месяцев в году, просто нечего было собирать. Оставалась только охота. Следовательно, бабы стали ПОЛНОСТЬЮ ЗАВИСИМЫ ОТ МУЖЧИН. Если в той-же жаркой Африке отбившаяся от племени или заблудившаяся баба рисковала быстро стать жертвой хищников, но худо-бедно могла прокормиться и имела шансы на спасение - найти свое или чужое племя, то в Евразии в аналогичной ситуации ее ждал скорый кердык от голода и холода.


То есть - как выглядела жизнь первобытной женщины, нашей прародительницы, на протяжении минимум сорока тысяч лет - до окончания ледникового периода? Она была полностью зависима от мужчины - кормильца, большую часть года сидела в пещере или в жилище, выделывала шкуры, рожала и присматривала за детьми. Это уже была абсолютная классика - по Новоселову - мужчины добывали ресурсы во внешнем мире, женщины сидели дома и занимались детьми и хозяйством.


Вернемся к бабьим "прошивкам". Базовые три никуда не делись. Но вот здесь я врубил голову и серьезно задумался - что еще могло добавиться и не добавиться в бабские "программы" за время жизни в ледниковом периоде? Вот что надумал или уже знал, на оригинальность не претендую:


1. У баб не развивался разум в мужском понимании этого слова. Помимо "хозяйства", они были постоянно прикованы к многочисленным детям, своим и чужим, круглосуточно следили, чтобы дети не разбегались и не расползались - в кустах сидели хищники. Следовательно, у женщин эволюционно выработалась способность без ущерба для нервной системы выдерживать длительные слабо-стрессовые ситуации и концентрировать внимание одновременно на нескольких объектах - делать параллельно несколько дел.


2. Для наиболее эффективного ухода за детьми, понимания и удовлетворения их потребностей - увеличения их шансов на выживание - разум женщины стал (остался) подобен разуму маленького ребенка, что бабы полностью и без изменений, как широко известно, притащили в наши дни.


Перейти на страницу:

Похожие книги

1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное