Читаем Мемуары Омеги полностью

Постепенно, на протяжении последних двух миллионов лет, наши предки становились все более и более разумными, наращивали головной мозг, изобретали и усовершенствовали орудия труда и оружие, и, как способ добычи пищи, охота начала преобладать над собирательством. Поскольку охотой занимались мужчины, соответственно, они и кормили женщин и детей. Поскольку охота на крупных или очень крупных животных, в особенности с применением оружия - дело сложное, опасное, требующее тщательной подготовки и слаженных коллективных действий, люди стали превращаться в таковых уже именно разумных. Эволюционировала и структура сообществ - первобытная стая превратилась в структурированное племя, начало возникать понятие собственности, в том числе - интеллектуальной, развивалась речь. У мужчин, помимо страха или уважения к грубой физической силе, на первый план стал выходить разум, способность планировать личные и коллективные действия и предвидеть их отдаленные результаты. Возникла необходимость сотрудничать, кооперироваться, делиться, появились зачаточные понятия справедливости и морали. Эпоха диких буйных альфа-самцов кончилась. На историческую арену вышел низкопримативный мужчина-"мыслитель". Однако, параллельно с радикальной эволюцией мужских инстинктов и "прошивок", адаптированных к совершенно новым моделям поведения, женщины, становясь, естественно, эволюционно разумнее, полностью сохраняли неизменными основные перечисленные выше базовые "прошивки" - во первых - таковые в силу чудовищной древности и инертности, по определению не могли угнаться за новым "ПО" мужчин, во вторых - необходимости как-либо фундаментально меняться у ОЖП не возникало - на охоту они не ходили, их кормили и охраняли мужчины, самки занимались рождением и уходом за детьми и "домашним хозяйством", имевшим место быть на тот момент.


Здесь необходимо иметь в виду еще несколько крайне интересных во всех отношениях моментов - по мере того, как человек становился все более и более разумным, он становился все более и более энергоизбыточным. (Здесь адресую уважаемых читателей к книге Михаила Веллера "Все о жизни", или, к мой статье "Омега-Омеге. Часть 3. Немного “погружу” наукой.")


http://masculist.ru/blogs/memuary-omegi/omega-omege-chast-3-nemnogo-pogruzhu-naukoi.html


То есть шла взаимная параллельная эволюция следующих связанных с половой принадлежностью качеств - мужчины становились все более и более разумными и энергоизбыточными, вследствие чего их нервная система требовала максимального количества постоянных новых сильных ощущений и переживаний, не в последнюю очередь - сексуальных, одновременно женщины более разумными не становились - им это было не нужно - их кормили и охраняли мужчины. Но при этом энергоизбыточным быстро эволюционирующим мужчинам требовалось от женщин все больше секса, уже не изредка в периоды течки, а ежедневно. Одновременно, по мере перехода от собирательства к охоте на крупную дичь, которой могли заниматься исключительно мужчины, в плане пропитания женщины становились все более и более зависимыми от мужчин. Начала жестко складываться до боли нам знакомая ситуация - мужчинам от баб нужен секс, бабам секс не особо нужен, но нужна жратва, которую они могли получить только от мужчин. Соответственно, самки начали расплачиваться за жратву сексом. Одновременно пошла очень интересная эволюция отражения бабьей физиологии внешностью - для того, чтобы быть перманентно сексуально привлекательной для мужчин и, соответственно, не сдохнуть с голоду - внешние признаки периода течки (овляции) у баб самоликвидировались, более того, самки продолжали хотеть и подпускать к себе мужчин (жрать то надо!) на протяжении периода беременности, что у других видов животных вообще не имеет аналогов (возможно, за исключением забавных обезьянок бонобо...). Более того - самки постепенно теряли шерсть на теле и отращивали сиськи - принимали хорошо знакомый нам облик. Каковы были критерии женской привлекательности на протяжении последней пары миллионов лет - дело покрытое мраком - но естественный отбор по бабьей внешности явно имел место быть, и его результаты бегают вокруг нас.


Дальше - еще забавнее. Параллельно с эволюцией разума, усовершенствованием навыков изготовления орудий и оружия и наработки навыков и стратегий работы командой - охоты - животный антагонизм между выскоранговыми и низкоранговыми самцами сглаживался и уступал место более прогрессивным для выживания племен уже разумных людей (в смысле - мужчин) моделям поведения - товариществу, взаимопомощи, дружбе, уважению, умению находить компромиссы, уступать и делиться. На охоте и на войне - первобытные люди воевали друг с другом и жрали друг друга постоянно - не нужно их идеализировать - каждый мужчина был важен и ценен - и глупый, и слабый - все равно он усиливал команду. Для выживания и эволюционного успеха каждому отдельно взятому племени нужен был максимально возможный мир между мужчинами.


Перейти на страницу:

Похожие книги

1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное