Читаем Мастер артефактов полностью

– Если бы ты сразу подошел к стене, как я и сказал, то оказался бы напротив глифа кваира. Но нет же – ты встал там, где глифов не было вовсе, словно нарочно!

Аннев задумался. По всему выходило, что так оно и есть: где именно дионах рисовал знаки – юноша не обратил внимания и после не видел их, так как они быстро испарились. Что же это – случайность? Или он и вправду сделал это нарочно?

– Пойдем, – с серьезным видом произнес Тим и провел рукой по взъерошенным каштановым волосам. – Поднимемся на крышу и поглядим, что произойдет, если ты с нее спрыгнешь.

– Если я – что?!

Дионах широко ухмыльнулся:

– Шучу. Мы тут не все такие зануды, как брат Рив. Идем, хочу познакомить тебя с Мисти. Мы вместе проверим твой кваир, раз уж она сейчас не занята.

– Значит, у Шраона все хорошо?

Тим чуть наклонил голову вбок, словно прислушиваясь.

– Лескал с Ханикатом очистили его организм от яда, а брат Холиок говорит, что мозг не был серьезно поврежден. Возможно, первое время Шраон будет слегка не в себе, но его память и разум в порядке.

Аннев вздохнул с облегчением. Мысли о Шраоне постоянно отвлекали его от испытания, но теперь-то он сможет сосредоточиться как следует. Ему даже стало интересно: справится ли он на сей раз с глифоречением, которое никогда ему не давалось, или нет.

– Можно мне к нему?

– Позже, а сначала мы повидаемся с Мисти. Сейчас с ним Рив, а остальные дионахи занимаются с Терином и Титусом. Как только мы закончим – сразу же отпустим тебя к Шраону.

– Спасибо, – с жаром произнес Аннев, чувствуя себя так, будто с его плеч наконец-то свалился тяжелейший груз. – Я готов.

Аннев смотрел в светло-зеленые глаза женщины и старался не думать о том, что у Маюн были такие же.

– Сосредоточься на ее словах, – посоветовал Тим, – а не на ее красоте.

Мисти ткнула мужа локтем в бок:

– Прекрати! Ты его отвлекаешь. – И, улыбнувшись Анневу, щеки которого пылали от смущения, добавила: – Впрочем, это очень мило с твоей стороны.

– Но ведь я ничего…

– Не говорил? Верно. Но мысли могут быть не менее громкими, чем слова. Ничего, останешься с нами – и мы научим тебя думать потише. Пока же я слышу твои мысли так хорошо, что даже стараться не приходится. И не только я. А ну, кыш! – шикнула она на мужа, и Тим послушно отошел на несколько шагов. – Сейчас я направлю тебе свои мысли. Представь, что они плавают в воздухе вокруг тебя: сосредоточься и попытайся их прочесть. Если нужно, закрой глаза.

Аннев так и сделал. Однако ни о чем, кроме гибели Маюн, он думать не мог, как ни старался. Когда он вновь открыл глаза, то встретился взглядом с дионахами, которые смотрели на него с искренним сочувствием.

– Все в порядке, – смущенно пробормотал Аннев. – Она… она и не любила меня никогда. Она хотела моей смерти. И Содар погиб, оттого что…

«…я, дурак, его не послушал, – закончил он про себя. – И хотел остаться с той, кому я был безразличен».

Тут же обругав себя за то, что снова слишком громко думает, Аннев опустил голову и уставился на руки.

– Аннев, мне так жаль, – произнесла Мисти. – Давай попытаемся в другой раз – когда твой разум успокоится.

Юноша кивнул:

– Да. Спасибо.

– А сейчас мы с тобой пойдем наверх, – сказал Тим, кладя руку ему на плечо. – К Титусу и Терину. А потом сможешь навестить Шраона.

– Сокрушитель духа, никаких сомнений, – провозгласил Ханикат. Худое вытянутое лицо дионаха светилось от гордости. – Невероятные инстинкты. Осталось лишь научить его глифам и словам силы, и еще до конца этого года он станет дионахом.

У Терина, сроду не привыкшего к похвале, вид был ошарашенный и счастливый одновременно.

– А посмотрите на юного Титуса! – с энтузиазмом подхватил Холиок. – Мальчик самый что ни на есть гений! И полагаю, помимо таланта ловца разума, у него имеется еще один. Подумать только, впервые за много лет среди нас появился дуалист! Где брат Рив нашел этих двоих? Нам нужно больше таких талантливых юношей.

Аннев вымученно улыбнулся, чувствуя себя совершенно раздавленным.

– Я монетку с места сдвинул! – выпалил вдруг Терин. – Аннев, это вышло… так круто! Брат Ханикат начертил вот этот символ и сказал мне, какое слово надо произнести. И я… я и правда ее сдвинул! Прям голова кругом!

– А я, – радостно воскликнул Титус, – услышал слова брата Холиока, хотя он не произносил их вслух! А он сказал, что на самом деле даже и не пытался со мной говорить – это я вытягивал из его разума мысли, я сам! Аннев, здесь так здорово!

Вдруг он умолк, и его круглое личико стало серьезным.

– У тебя не очень получилось, да?

«Кровь и пепел! Этого еще не хватало, – с раздражением подумал Аннев. – Он что, теперь тоже будет читать мои мысли? Когда эти шалопаи успели стать такими одаренными?»

Все дионахи, как по команде, обернулись и с укором посмотрели на Аннева. Брат Тим поморщился и поднял руки, как будто намеревался прикрыть уши ладонями, а дионах Холиок нахмурился.

Рив кашлянул, прочищая горло, и произнес:

– Думаю, самое время заглянуть к брату Шраону.