Читаем Мастер артефактов полностью

– А куда брат Лескал забрал Шраона? – спросил он, спеша за Ривом по длинному коридору.

– Брат Лескал возглавляет касту щитоносцев. Вместе с предводителями сокрушителей духа и ловцов разума – коими являются дионахи Ханикат и Холиок соответственно – он займется лечением Шраона. Ханикат поможет нейтрализовать и вывести яд из тела, а Холиок удостоверится, что рассудку Шраона не был нанесен непоправимый урон.

– Думаете, это и правда возможно? – с надеждой в голосе спросил Аннев.

– Уверен, – ответил Рив. Но лицо его помрачнело. – Яд Салтара повлиял на разум и память Шраона. Пока мы плыли сюда, я проник в сознание нашего друга и выяснил, что он ничего не помнит. Он даже не помнит, кто он такой, не говоря уже о нас. Впрочем, не тревожься. Мы уже имели дело с подобной бедой и неплохо научились лечить поврежденный мозг. Можно даже сказать, именно это удается нам лучше всего.

– Значит, с действием яда вы хорошо знакомы, – произнес Аннев, замедляя шаг и думая о пропавших дионахах Тобар. – Салтар и раньше нападал на орден?

– Не на орден, а на его союзников – наших связных в Лукуре и здесь, в Квири. Те, кого мы лечили, имели те же симптомы, что и Шраон; правда, в отличие от нашего друга, среди них не было таких, кто получил бы смертельную дозу яда. Но ничего: мы выведем яд, а после дионах Холиок сможет оценить, насколько поврежден кваир Шраона.

– А если сильно поврежден?

– Тогда Шраон навсегда утратит память о прошлом и не сможет запомнить ничего нового. В худшем случае он потеряет контроль над своим телом, будет не способен позаботиться о себе, – в общем, его разум станет подобен разуму младенца.

– Какой кошмар, – ужаснулся Титус.

– Согласен. Я все же верю, что такого не случится, но… поживем – увидим. Не было еще ни одного случая, когда дионаху Маккланахан не удалось бы излечить пострадавшего от ран и восстановить ему память. Она лидер призывателей бури – исключительно талантливая женщина.

Заметив недоуменный взгляд Аннева, Рив остановился.

– Содар ведь говорил тебе о четырех кастах даритских магов?

Аннев помотал головой.

– Уму непостижимо! – раздраженно произнес дионах. – За двадцать лет он не удосужился обучить тебя даже основам!

– Это неправда! – вспыхнул Аннев. – Мы постоянно занимались магией, просто я только недавно понял, как ею пользоваться.

– Быть может, если бы он придерживался более традиционных методов обучения, ты понял бы это намного быстрее.

– А еще он научил меня читать и писать! – Лицо Аннева стало красным от негодования. – И сражаться. Благодаря ему я знаю теологию, Книгу Одара и…

– …А еще умеешь пришивать пуговицы, варить кашу и завязывать шнурки. Похвально. Но в том, что касается принципов магии, Содар оказал тебе медвежью услугу. Ты даже не видишь разницы между влагой небесной и кваиром, не знаешь о четырех разновидностях даритской магии. Вы хотя бы глифоречение проходили?

– Конечно, – выпалил Аннев и тут же об этом пожалел.

– Скоро проверим. – Рив обернулся к Титусу и Терину, которые держались чуть поодаль и вели себя тише воды ниже травы, в надежде, что гневливый жрец забыл об их существовании. – Ну а вы двое что скажете? Чему вас учили в этой вашей Академии?

– Вы про взлом замков? – неуверенно предположил Терин.

– Я про магию. Титус?

– Нас учили, что магия – зло.

– Ясно. Значит, начнете с самых основ. Как только Шраон придет в себя, проверим ваши магические таланты. Если их нет – обучение не имеет смысла.

– А что вы тогда сделаете? – с тревогой спросил Аннев. – Сотрете им память и прогоните?

Рив смерил его суровым взглядом:

– По-твоему, мы здесь этим занимаемся – стираем людям память? Разве мы поступили так со Шраоном, когда Содар привел его к нам? Или с Тукасом и Кизел? Нет, мы посвятили их в основы, как и всех наших братьев и сестер, и дали им кров. Большинство из них стали нашими глазами и ушами в Империи, что в нынешнее тревожное время необычайно ценно.

– И опасно.

– Пусть так. – Рив посмотрел Анневу в глаза. – Любое дело по-своему опасно, но ни одно из них не преследует цели столь великой и священной, как наша.

На сей раз Аннев решил, что лучше прикусить язык. Не говорить же верховному жрецу, что его орден слишком напоминает орден древних в Шаенбалу: и там и там сидят старые лицемеры, убежденные в первостепенной важности своей миссии и готовые принести в жертву кого угодно, если это потребуется для достижения очередной – великой и священной – цели. Тосан был именно таким, да что там Тосан – даже Содар в каком-то смысле делал то же самое. Ну да прошлое есть прошлое, главное, что в будущем он, Аннев, прежних ошибок уже не совершит.

– А как вы будете проверять, есть у них талант или нет? – спросил он.

Содар заставлял его практиковаться с бездонным мешком, рисовать и активировать глифы – но это Содар с его «нетрадиционными» методами, а здесь наверняка практикуется другой подход к обучению. Как знать, может, благодаря ему Аннев начнет лучше понимать свою собственную магию, и ему объяснят наконец, почему даритская магия дается ему с таким трудом.