Читаем Мастер артефактов полностью

– Ворота до утра не откроют, но путь по реке свободен. Сядем на любую посудину, которая согласится взять нас на борт. А в Анкире, если понадобится, сможем пересесть на корабль побыстрее.

– Разве Токра течет до самого Квири?

– Почти. Она впадает в бухту Хелмстук, а это – ворота Квири в океан.

– Мы успеем спасти Шраона?

– Не знаю, – признался Рив. Впервые за все время Аннев уловил в его голосе нотки страха. – Его кровь отравлена ядом того мерзкого кеокума. Я, как мог, очистил раны, но, чтобы спасти его, нам необходима помощь Анклава.

– Спасибо, – нехотя поблагодарил его Аннев. – Если бы не вы, Шраон, наверное, уже был бы мертв.

Рив кивнул и замедлил шаг.

– Пришли.

Аннев бросился к друзьям. Он крепко обнял Титуса, потом обхватил Терина, но тот, сморщившись, отстранил его и, показывая на кровавые отметины, покрывавшие грудь, простонал:

– Что-то мне пока не до обнимашек. Один урод мне клеймо поставил. Ой, и тебе тоже?

– Ага. За две секунды до того, как ты его прирезал. Надо перевязать раны, а клеймо спрятать.

Тут он вспомнил о своей чудодейственной повязке. Ничего не объясняя, он размотал полоску ткани, пропитанную его кровью, и прижал ее к груди Терина. Тот вскрикнул, выругался в голос, а потом, когда Аннев убрал бинт от его груди, снова выругался – от восхищения.

– Не болит! – Терин осторожно потрогал розовый шрам на том месте, где раньше был сосок.

Аннев, все так же молча, приложил повязку к ожогу. На сей раз Терин не стал кричать и ругаться, только резко втянул воздух сквозь сжатые зубы и вытер кровь с груди.

– Ну вот, так-то лучше, – засмеялся он, ощупывая красный шрам в виде парусника. – Жаль, картинку эту не сотрешь, но зато боль как рукой сняло, так что грех жаловаться.

Подлечив Терина, Аннев принялся за самого себя. Он задрал тунику, приложил бинт к ране и тут же почувствовал, как плоть под ним начала исцеляться. Через пару мгновений от раны осталась лишь ярко-красная отметина, как у Терина.

Теперь пора бы позаботиться и о Шраоне.

Аннев подбежал к лошади, на спине которой лежало безжизненное тело.

– Шраон?

Аннев коснулся пальцами шеи кузнеца и вздрогнул: пульса не было. Он затаил дыхание. Боги, пусть Шраон будет жив, пожалуйста… Наконец он уловил слабую, очень слабую пульсацию крови. Все-таки жив! Кожа вокруг отметин ядовитых зубов покрылась пурпурными, постепенно чернеющими пятнами. Аннев приподнял Шраону веко и увидел, что радужка по краям уже помутнела.

– Убери от него свою тряпку! – крикнул Рив, разгадав намерение Аннева. – Раны затянутся, а яд останется внутри!

– И правда. – Аннев вновь обмотал бинт вокруг шеи. – Об этом я не подумал.

– Я так и понял. – Рив повернулся к Фину. – Разузнал что-нибудь?

– Начальник доков говорит, что через час отплывает корабль одного рабовладельца до Иннистиула. Это вроде на севере?

– На севере, – мрачно подтвердил Рив. – Обычно на иннистиульских кораблях вдоволь припасов, к тому же они быстроходные. – Он обвел мальчишек суровым взглядом. – Знаю, что вы не в восторге от этой идеи, но другого шанса спасти Шраона может и не появиться.

Титус с Терином дружно посмотрели на Аннева, а тот – на неподвижного Шраона.

– Согласен.

– Вот и молодец. Пойду обо всем договорюсь.

Когда Рив скрылся в доме начальника доков, Аннев подошел к друзьям:

– Как вам такой план?

– Не очень, – признался Терин. – Иннистиульцы, конечно, милые ребята, но снова оказаться в их компании я что-то не горю желанием. Ну да потерплю, от меня не убудет.

– Все в порядке, Аннев, – уверенно произнес Титус, хотя в глазах его явственно читался испуг. – Главное – спасти Шраона.

– Фин?

Здоровяк тряхнул дредами:

– Сказал же: я остаюсь. Мы даже попрощаться успели, забыл?

Аннев вздохнул:

– Я уж обрадовался, что ты передумал.

– Держи карман шире. – Фин посмотрел на Шраона, лежащего на лошади. – Надеюсь, ему полегчает. Ладно, мне пора. А вы крепитесь – мужик-то явно редкостная сволочь.

Терин прыснул со смеху, даже унылое личико Титуса посветлело.

– Мы присмотрим друг за другом, – пообещал Аннев. – Я благодарен Риву за то, что он унес Шраона с собой. Но доверять ему не стоит, это ясно. Он станет делать только то, что посчитает лучшим для себя и своего ордена. И сдается мне, что мы для него по важности примерно на предпоследнем месте.

– Это точно, – хмыкнул Фин. – Ну, счастливо. Вернетесь в Лукуру – заглядывайте в гости.

– А куда именно? – наивно поинтересовался Титус. – И что ты вообще собираешься тут делать?

Фин ухмыльнулся:

– Нас всю жизнь учили грабить и убивать. А этот город прям-таки лопается от серебра и золота. – Он махнул рукой, показывая на крыши домов, тронутые первыми лучами солнца. – Так что если я приберу к рукам несколько монет, никто и не заметит.

– Круто! – восхитился Терин.

– Так, вы двое, даже не мечтайте вступить в мою банду. А тебе, Аннев, буду только рад. Толковый помощник мне не помешает.

– Держи карман шире, – ухмыльнувшись, повторил его слова Аннев. – Но сдается мне, в этом городе ты и правда найдешь свое место. Удачи тебе. – И, наклонившись к Фину, шепнул: – Не расслабляйся. Тот ящер, Салтар, все еще живой. Он убил Цзяня.