Минуту спустя юноша стоял у громадного амбара, сплошь исписанного символами, которые он не узнал. У главного входа возвышалась гора костей. Вперемешку со старыми, уже выбеленными солнцем лежали и совсем свежие, на которых даже кровь еще не высохла. Стараясь не думать о том, что, возможно, еще пару часов назад обладатели этих костей были живы, Аннев сосредоточил ощущения на амбаре.
Титус с Терином, несомненно, находились внутри – он слышал, как их сердца бешено колотятся, чуть ли не выпрыгивая из груди. Мальчишки стояли в центре кольца… но из чего было это кольцо, Аннев никак не мог разобрать, лишь чувствовал исходивший от него застарелый запах смерти. Тут он уловил слабое дуновение воздуха. Аннев повел носом, пытаясь определить, откуда сквозит, и обнаружил крошечное отверстие в стене. Он впился в него взглядом, зрение под действием магии обострилось до предела, и Анневу все стало ясно.
Его друзья были окружены кольцом из… трупов. Это была настоящая стена по плечо высотой, в основании которой лежали тела тех, кто погиб в пожаре, бушевавшем здесь много десятилетий назад. А среди этого невыносимого зловония выделялся хорошо знакомый запах – тот самый, который Аннев так боялся учуять. Элар Кранак и отряд его людей. Проклятье.
Аннев отступил назад, напряг зрение, и вскоре сквозь стену ему удалось увидеть тусклые очертания их тел. Вдруг до его обоняния донесся едва уловимый, но узнаваемый аромат. Чистый и холодный. Аннев сосредоточился на нем, пытаясь почувствовать его обладателя, но аромат был слишком слаб и постоянно ускользал от него.
Неужели это Цзянь? Он что, заодно с иннистиульцами? Аннев не взялся бы сказать наверняка, но в глубине души боялся, что так оно и есть.
Он напряг слух, стараясь услышать, что творится за толстыми стенами амбара, но тщетно: магия кольца обострила многие его чувства, но на слух, увы, не действовала. Тогда Аннев снова включил вкус и обоняние: от иннистиульцев разило специями, соленым потом и… тревогой. Отчего бы, интересно, нервничать здоровым, вооруженным мужчинам? Это стена трупов нагоняет на них страх – или что-то еще?..
Аннев натянул перчатку на Длань Кеоса, тускло мерцавшую в ночной тьме, и вынул фламберг из ножен. Разжигать на нем яркое пламя было слишком опасно, поэтому Аннев по наитию представил пламя иного рода – призрачное, невидимое человеческому глазу. Меч тихо загудел, откликнувшись на его призыв, и лезвие окутало красноватое свечение, которое Аннев различал лишь благодаря магии своего кольца. Аннев снял со спины Зуболом и взял его в левую руку.
«Ну, кажется, готов».
Внезапно ему стало страшно. А сможет ли он в одиночку, пусть и вооруженный артефактами, освободить Терина и Титуса? И где гарантия, что, пока он будет сражаться с иннистиульцами, его друзей не убьют? Никакой гарантии у него, естественно, нет, как нет и внятного плана действий. Зато есть магическое кольцо, которое, как говорил Цзянь, помогает видеть будущее. А значит, можно подготовиться к тому, что его ждет, как только он перешагнет порог этого амбара.
Аннев настроился на магию кольца-кодаворы и распахнул сознание.
Он увидел, что по периметру амбара ходят часовые и каждый держит в руке зажженный факел. Иннистиульцы явно кого-то ждут. Элар в окружении телохранителей стоит в самом центре и допрашивает Терина с Титусом. Рабовладелец хочет знать, где все остальные, но мальчишки молчат. Они так ничего ему и не скажут, это само собой, и тогда Элар начнет их пытать. Он будет унижать их и мучить, пока они не умрут…
Ни за что! Аннев этого не допустит. Он прорубит вход в дальней стене амбара и прокрадется внутрь. Неслышно побежит вглубь амбара, не обращая внимания на груды трупов в каждом углу, а когда достигнет кольца мертвых, то врежется в отряд солдат и обрушит на них всю свою ярость.
А Элар отрубит мальчишкам голову.
Так не годится. Еще раз.
Сначала он нападет на Элара, снесет работорговцу башку с плеч, а потом кинется на помощь друзьям… И солдаты разрубят его на куски.
Попробуем заново.
Он тихо прокрадется внутрь и снимет часовых, одного за другим. Когда погаснет один факел, Элар отправит кого-нибудь проверить, в чем дело. Погаснет второй – и Элар почует угрозу. Он прикажет горстке солдат сторожить пленников, а остальных разобьет на два отряда и пошлет обыскивать амбар. Аннев спрячется среди мертвецов и, дождавшись, когда мимо будет проходить Элар, выскочит из своего укрытия и нанесет работорговцу смертельный удар, едва тот обернется. Солдаты, охраняющие мальчишек, бросятся на Аннева, он быстро с ними разделается, освободит Терина с Титусом, и втроем они вступят в бой с оставшимися иннистиульцами. Аннева ранят в руку, но он продолжит сражаться. Десять солдат… восемь, семь. Еще одно ранение, на сей раз в ногу. Но вдруг меч пронзает его грудь, и он слышит крик… Это его друзья.
Двое солдат с факелами в руках перерезают Титусу горло. Терин с криком бросается на одного из них, вгоняет ему в грудь кинжал, но второй ударом меча рассекает мальчишке лицо…