Читаем Мастер артефактов полностью

Языки пламени, плясавшие на лезвии, значительно облегчали ему путь по извилистым закоулкам Пепельного квартала, но при этом, естественно, выдавали его присутствие. Аннев погасил пламя и спрятал меч в ножны. Потом попробовал приглушить сияние, исходившее от Длани Кеоса. Пусть не сразу, но ему это удалось – теперь рука едва светилась. Аннев завертел головой, пытаясь сориентироваться в почти полной темноте. Проход, в котором он оказался, был слишком узок, чтобы в него мог пролезть могучий ящер. Хвала небесам! Слушая, как Салтар топчется наверху, Аннев заметил дальше по переулку какую-то дверь. Он кинулся к ней, толкнул – заперто. Он навалился на нее плечом и надавил. Дверь заскрипела, но не поддалась. Тогда Аннев врезал по ней золотым кулаком – щепки брызнули во все стороны, и покрытые сажей доски проломились. Аннев заскочил внутрь и прислушался.

Прошла секунда.

Пять.

Десять.

Бам! Грохот раздался где-то далеко. Аннев усмехнулся – обманули дурака! – выскочил из дома и, в мгновение ока преодолев узкий переулок, вылетел на улицу и со всех ног помчался в противоположном направлении, петляя по закоулкам.

Пробежав с полмили, он остановился под навесом заброшенной мастерской. Аннев тяжело дышал – скорее от адреналина, чем от усталости, – руки у него тряслись. Он сделал глубокий вдох и попытался успокоиться.

«Так, – сказал он себе, – что мы имеем? Цзянь сбежал еще до того, как заварилась эта каша. Рив забрал Шраона, так что волноваться тут не о чем. Фин, скорее всего, уже на полпути в Нижний квартал. А Титус с Терином… Ох, чтоб меня!»

Естественно, они отправятся его искать – кто-кто, а эти двое никогда не бросят друга в беде.

«Тогда им конец. Ну почему я не уговорил их остаться в Баноке с Брайаном?»

А вдруг они нашли Рива и Шраона? Тогда им ничего не грозит: дионах защитит их магией, а кузнец – алебардой. Если, конечно, ранен не слишком серьезно.

Но что, если они наткнутся на Салтара – или забредут на Костяной двор?

Воистину неведение хуже смерти. Он должен найти друзей, а для этого придется вернуться к часовне и попробовать отыскать их следы. Звучит почти что безнадежно, но другого выхода нет…

Стоп. Разве нет?

Ругнувшись себе под нос, Аннев полез в бездонный мешок и вынул оттуда два кольца: медное и с двумя змейками. Одно он надел на указательный палец, второе на мизинец – и покачнулся, едва не сбитый с ног объединенной силой двух артефактов.

Как и в прошлый раз, перед глазами у него поплыл красноватый туман. Всмотревшись в темноту, он смог различить пульсацию – это бились сердца жителей Пепельного квартала: бродяга валялся в переулке, в развалинах рядом укрылась семья из пяти человек – трое взрослых и двое детей. Аннев ощущал исходивший от них запах, чувствовал на языке вкус их крови, беспокойства и страха. На Аннева накатила тошнота, но когда он сделал глубокий вдох, то наконец почувствовал знакомый запах пота и немытого тела, к которому отчего-то примешивались стальные нотки крови.

Ребята приближались к Костяному двору. Двигались они медленно, отпугиваемые распространявшимся вокруг этого места смрадом. Тут пахнуло пряностями, и сердце у Аннева упало: по пятам за Титусом и Терином шли иннистиульцы, возглавляемые, без сомнения, Эларом Кранаком. Уловил Аннев и запах грязных дредов Фина, и соленый привкус бронзовой кожи Шраона. Судя по всему, Фин направлялся на северо-восток, то есть в его сторону, а Шраон ковылял на юг. Аннев «попробовал» его кровь – и ощутил кислотный привкус. Яд Салтара.

Но где же Цзянь? Аннев старался выследить и его, но едва уловимый запах некроманта постоянно от него ускользал.

«Он все предвидел и не посчитал нужным нас предупредить… или он просто предатель?»

Тут Аннев застыл как вкопанный: темнота запульсировала, выдавая биение сердца громадного холоднокровного существа. Оно кралось по одной из улочек, очевидно намереваясь застать Аннева врасплох. Первой мыслью юноши было бежать очертя голову, но он не двинулся с места. Как бы быстро Аннев ни бежал, ящер все равно найдет его – выследит по запаху, как он сам только что выследил своих друзей.

Аннев положил руку на меч, висящий на поясе. Нестерпимо хотелось отцепить Зуболом, висящий на спине, но вместо этого он сосредоточил внимание на кольцах. Позволив медному обострить свои чувства до предела, Аннев прикоснулся сознанием к магии кольца с кодаворой. Он понятия не имел, что следует делать, поэтому просто расслабился и представил себе, как ящер крадется во тьме… обходит его с фланга… а потом делает невероятный прыжок и летит на него, целясь в голову мощными ногами…

Миг – и картина, нарисованная в его воображении, стала реальностью! Кеокум выпрыгнул из темноты, и Аннев развернулся ему навстречу с мечом в руке. Закрыв глаза, юноша призвал магию Возмездия, и клинок вспыхнул бело-желтым пламенем. Салтар распахнул пасть и зашипел, прикрывая глаза руками, а Аннев отскочил в сторону и рубанул тварь по бедру. Посыпались искры. Пылающее лезвие разрубило черные пластины чешуи и вошло глубоко в плоть. Ящер взвыл, потерял ориентацию и врезался в стену.