Читаем Маскарад (СИ) полностью

Посему Ки старался отогнать наплывающий волнами восторг предвкушения долгожданной встречи и по возможности успокоиться. Удавалось с превеликим трудом, а все же удавалось, что не могло не радовать юношу. Он появится в сиянии лучей, доблестный рыцарь, невозмутимый, как сама скала.

Да. Решено.

Ледяной порыв ветра отрезвил размечтавшегося юношу. Над сиянием лучей придется постараться при такой-то погоде. Да и о какой невозмутимости может идти речь, когда у него коленки от возбуждения дрожат? Если он не грохнется в обморок, как красна девица, от нахлынувших эмоций и на том спасибо.

Ки сердито насупился. А меж тем окрестный пейзаж стал совсем диким. Исчезли уютные дома, и слякотная дорога влилась в глухой лес. Мрачность его подчеркивали свинцовые тучи и приглушенные звуки обитателей чащобы, от которых юноша то и дело нервно вздрагивал.

Спокойствие демонического коня придавало Ки какой-никакой уверенности. В любом другом случае он давно бы свернул обратно, но сейчас неосознанно верил, что аура твари под ним не подпускает голодных зверушек к легкой добыче. Впрочем, это не мешало десяткам блестящих глаз следить за небольшой процессией, свернувшей на неприметную тропинку в самую чащу. Юноша слышал, как тихо эти создания крадутся за ними — на расстоянии, привлеченные сладким запахом своих жертв. Отчего-то ему представились отнюдь не обычные обитатели лесов, а нечто нечеловечески жуткое, что и вообразить в кошмарном сне невозможно. Озноб пробирал его от страшной мысли, и Ки мужественно отгонял ее от себя.

В этот момент юноша позавидовал мальчику, сидящему в экипаже, хотя и подозревал, что он и молчаливый кучер являлись даже более легкой добычей, чем сам Ки на коне.

Кстати, кучер. Ки обернулся и поглядел на упомянутого. Тот уже давно выпустил поводья из рук и в настоящий момент глубоко дремал, убаюканный древним колдовством. Очевидно, теперь запряженная в экипаж лошадь шла только за его вороным конем. Это, в общем-то, еще сильнее укрепляло Ки в мысли, что выедут они из чащи в целости и сохранности, несмотря на урчащую и лязгающую зубами свиту, следующую за ними по пятам.

Наконец их путешествие закончилось на весьма жизнерадостной, несмотря на хмурость дня, поляне. На самой ее середине, словно вишенка на пирожном возвышалась скромная избенка с трубой, над которой вился уютный дымок. Все как в старых добрых сказках.

Ки приободрился. Он остановил коня неподалеку от ограды и спрыгнул на землю, все еще опасаясь отходить от него более, чем на безопасный шаг. Позади него из кареты вылезал мальчик. Проснувшийся возница стирал с подбородка слюну и недоуменно хлопал заспанными глазами.

— Что это за место? — поинтересовался мальчик.

— Чтоб мне знать, — Ки стиснул поводья в одной руке и обхватил морду коня другой, ласково пробегаясь пальцами по шелковистой поверхности и задумчиво глядя на красочную картинку, сошедшую со страниц книги сказок. Щекой он прислонился к теплой влажной морде коня, подпитываясь его непоколебимой уверенностью.

Дверь избы открылась и на крыльцо вышла старушка. Увидев гостей, она приветственно помахала рукой, присовокупив:

— Явились, голубчики. Проходите, гостями будете.

— Что за карга, — проворчал мальчик, тем не менее двинувшись к калитке. — Ведьма, как пить дать, другие тут не живут.

Ки не спешил оставлять Чжонхёна, этот надежный и успокаивающий островок. Но сам конь решил за него, одним движением головы стряхнув его руку и оттолкнув голову.

— Предатель, — буркнул Ки обиженно, на что конь ободряюще профырчал прямо над ухом.

— Добрый день, — лучезарно улыбнулся мальчик, стоило им двоим ступить под крышу гостеприимного дома. Тепло тут же обогрело замерзших путников, а в ноздри ударил запах свежеиспеченных пирожков. Впервые за долгое время у Ки заурчало в животе. Он бы даже застыдился нетерпеливости собственных внутренних органов, если не услышал рядом такую же какофонию. Мальчик шумно сглотнул.

— Проходите, проходите, господа добрые, да дверь закрывайте. Вертушка уж больно рвется наружу, а сейчас там дюже опасно.

Вертушка, колючий еж, неугомонно шуршала рядом с ними, задней половиной показавшись в проеме собственного миниатюрного домика-коробки. Ки ухмыльнулся. Вот встреча так встреча.

«Мы к вам не передом, а задом, уж не обессудьте, хлеб да соль».

Так и не дождавшись появления заостренной мордочки, Ки прошел к накрытому столу и сел на стул с высокой спинкой. После столь долгой поездки в седле все мышцы ныли и удобное сиденье пришлось как никогда кстати. Он развалился на стуле и утомленно выдохнул. Ему почудилось, что под его весом спинка чуть откинулась. Стало даже удобнее.

— Хороший у тебя конь, — услышал Ки рядом с собой. — Заботливый.

Юноша улыбнулся.

— Вашего кучера я отправила обогреться в амбар. Там ему и компания найдется. И лошадушкам корм отыщется, — обратился голос к мальчику. Тот благодарно кивнул.

У Ки же задергался глаз. Он испуганно завертелся на стуле. И было от чего.