Читаем Маскарад (СИ) полностью

Раздался одинарный стук в дверь, от которого Чжонхён весь подобрался. Ки же нахмурился, заметив нетипичную реакцию.

— Иди сюда, — услышал он твердое требование после очередного стука.

— Не хочешь открывать?

Перегнувшись через край кровати, Чжонхён схватил его за лодыжки и потянул к себе, как паук — кокон с жертвой. Стук вновь повторился.

— Бестия, — тихо прошипел он.

— Кто? — с любопытством поинтересовался Ки, ухватившись за его плечи и рассеянно помогая усадить себя на его согнутые колени. Место, на которое он в сонном порыве щедрости напускал слюней, все еще было влажным.— Тебе удобно?

— С тобой мне всегда удобно, — Чжонхён ослепительно улыбнулся, прижимая его к себе за ягодицы и вынуждая обхватить ногами. Стук повторился, тотчас же стерев эту улыбку с его губ.

— Надо открыть дверь, — прошептал юноша. Он обнял его за шею, дабы не упасть со своего неудобного сидения, но все равно с трудом удерживался на месте.

— Открой, — раздался шепот в ответ.

Ки наверное бы и встал, и даже открыл, но что-то смутное, какой-то лихорадочный блеск в черных глазах разубедил его в необходимости этого действия. Напряжение в чужом теле вдруг передалось его собственному по каким-то невидимым каналам, и юноша неуютно поежился.

Новый стук. Ки заметил, что каждый стук отделен от другого одинаковым промежутком времени. Оттого происходящее казалось еще более зловещим.

— Кто это? — почти неслышно спросил Кибом.

Чжонхён пристально поглядел в его глаза и, не разрывая зрительного контакта, тихо обронил:

— Смерть.

Ки нахмурился, вновь раздражаясь из-за вдруг появившейся на его губах дерзкой ухмылки.

— Смеешься надо мной?

— С косой.

— С какой еще, блять, косой?

— Сносящей головы с плеч.

— Что за хрень ты несешь?

— Но сегодня пришла она не по твою вкусную задницу, — Чжонхён крепче прижал его к себе, забавляясь своим словам и сопровождающим их комментариям. — Впрочем… она уже имеет на нее виды. Будь осторожен.

Временами Кибому казалось, что тот над ним откровенно смеется. Но вслед за этим приходило неизменное чувство двойственности: выглядя беззаботно снаружи, Чжонхён напряженно наблюдал за ним внутри, готовясь в любую секунду начать действовать.

— Ну, нахуй, пойду открою!

Дернувшись и не встретив препятствий в виде рук, юноша вновь грохнулся навзничь. Стон боли непослушно сорвался с его губ и был немедленно оборван нежеланием показывать слабость. Кое-как встав на ноги, Ки заковылял в сторону двери, потирая рукой дважды ушибленное место. Однако приблизившись к оной, он вдруг застыл. Чжонхён за его спиной все еще тихо посмеивался в кулак. И звучало в смехе том тихое безумие.

— Ну и чего ты ржешь? — скептически поинтересовался у него юноша, даже не оборачиваясь, но и не решаясь в то же время протянуть руку к дверной ручке.

— Бомми, детка, открой дверку. Отправь меня на смертельную свиданку, — во весь голос загоготал тот.

Стиснув зубы, Ки медленно повернулся к Чжонхёну за разъяснениями и в этот момент дверь сотряс удар неимоверной силы, выбивший пыль из всех дверных щелей. Резво отскочив к кровати, юноша не сводил глаз с двери, ходуном ходящей от новых беспорядочных ударов. Ручка непрерывно дергалась, словно в жестоких руках маньяка, нашедшего убежище своей жертвы. Ужас просачивался сквозь мелкие щели, тянулся к нему и вынуждал отступать шаг за шагом.

Воспользовавшись удобным случаем, Чжонхён незаметно обхватил слегка шокированного Кибома и повалил рядом с собой на кровать.

— Устроим у нее под носом праздник жизни? — прошептал он, с лукавой хитрецой поглядывая сверху на замершего в страхе Ки. Юноша не мог понять, храбрится ли тот или действительно не придает значения тому, что ломится в дверь. — Ну?.. Отпусти ее восвояси, — Чжонхён потряс его за плечо, растянул пальцами его губы, намекая на желание видеть на них улыбку, но Ки приклеился испуганными глазами к ровной поверхности сотрясающейся двери.— Какой же ты несмешливый, Бомми, солнышко.

Две пощечины — не возымевшая эффекта слабая пощечина и пощечина посильнее, так же не возымевшая особого эффекта, — тоже остались без внимания. Только светлые щеки еще пуще раскраснелись.

— Сука, я сейчас от страха отдам концы, — безотчетно выдохнул Ки.

Со вздохом Чжонхён поднялся с кровати и исчез из его поля зрения, а он все так же не находил в себе сил отлепиться взглядом от двери. Нужно всего лишь отвести глаза в сторону, но это действие было сродни стоянию рядом с конем — абсолютно неисполнимое. Ки встал на колени, загипнотизированный хаосом. Если открыть дверь, сюда войдет что-то, что не является человеком. Может, открыть дверь и умереть от ужаса?

Оно само может открыть дверь. Но ему нужно приглашение. Какой дурак предоставит приглашение этому?

Может, все-таки открыть дверь и умереть от ужаса?

Матрас под коленями мягко запружинил, и в поле зрения снова появился Чжонхён, державший что-то в руках. Он забрался коленями на кровать и, схватив руку Ки, помял пальцем локтевую ямку на ней, прежде чем туго обхватить его плечо жгутом, а после медленно ввести в выпирающую вену какой раствор из шприца.