Читаем Ловкач. Часть 2 полностью

Нижняя челюсть задрожала; Эспер машинально втянул удушливый смрад. Голова тут же закружилась. Прикрывая лицо локтем, вывалился из каморки. Сердце готово было выскочить из груди. Тяжело кашляя, он отступил прочь от двери, пятясь, ударился спиной о стену напротив. За ним по полу тянулись кровавые следы. Он судорожно глотал воздух, с каждым вдохом всё сильнее ощущая неприятный резкий запах крови и внутренностей. У него начался приступ тахикардии. Перед глазами плясали яркие круги.

Она не просто хотела повесить смерти нескольких человек на Райвена, она хотела выставить его чудовищем. Возможно, сам Эспер станет следующим в списке.

Превозмогая тошноту, Эспер полез в рюкзак за аптечкой. Из рук, как назло, всё валилось. Быстро оторвал лоскут марли и обмотал вокруг носа и губ на манер тканевой маски. Поправил шапку, надвинув почти ту на самые глаза. Перед тем, как зайти в комнату, увеличил яркость фонарика и перехватил тот левой рукой. Второй светодиодный фонарь был прикреплён к поясу в качестве дополнительного источника освещения.

Через крохотное окно в двери он видел лишь густой мрак. Он уже взялся за ручку, как вдруг услышал какой-то звук. Эспер мигом вырубил свет и подхватил с пола подгнившую доску. Обмерев от страха, он оказался в полной темноте. Здесь не было освещения; после яркого света чернота вокруг казалась настолько глубокой, что её можно было резать ножом. Эспер задержал дыхание и прислушался к шуму. Выставив перед собой доску, как средство защиты, он прижался спиной к стене. От резкого толчка в рюкзаке что-то зазвенело.

Из дальнего коридора донёсся гул. Весь воздух, что Эспер вдохнул, встал в груди. На мгновение его парализовало от ужаса. Судорожно сглатывая, он попытался протолкнуть комок в горле. В грудине возникла неприятная давящая тяжесть. Дышать под слоем марли было тяжело, но так он хотя бы не ощущал вонь выпотрошенных кишок.

Это нервное. Нужно успокоиться. Просто успокоиться.

Звук напоминал свист ветра, только с мелким дребезжанием. Словно сильный сквозняк в вентиляции. Через равные интервалы времени, раздавался зубодробильный скрежет, как будто включался какой-то агрегат, а потом снова всё стихало.

Откуда бы ни шёл звук, он внушал один ужас. С каждой секундой сердце колотилось всё сильнее. Наверняка она пытается его напугать. Так проще всего прижать его к стенке или завлечь в ловушку.

Эспер заскочил в отсек управления и плотно задвинул за собой дверь. Он боялся привлечь внимание ярким светом и включил лишь тот фонарик, что был в руке, выставив минимальный режим. Другой рукой он сжимал подобранную деревяшку.

Оказавшись в одном помещении с трупом, среди разбросанных по полу органов, почувствовал, как всё сжимается внутри, от ужаса, от отвращения. С трудом верилось, что на такое способна муза. Если в ней есть что-то от античных богов, то её предками определённо были боги разрушения и смерти.

Озираясь по сторонам, Эспер торопливо изучал отсек. При слабом освещении он с трудом мог что-либо разобрать. Он мог лишь догадываться о назначении панелей и рычагов.

Звук становился всё ближе. Руки мелко тряслись, в голове лихорадочно пульсировало. Эспер отбросил доску на пол и принялся водить пальцем по панели.

Как разблокировать дверь, ведущую в туннель?

Он не мог ошибиться отсеком, она указала на это место.

В темноте горела красная кнопка над пультом управления. Он понятия не имел, для чего она нужна.

Стараясь не думать о покойнике в двух шагах от себя, Эспер осветил каждую панель.

Нужно поднять рычаг. Но какой?

Грохот за стенами заставлял нервы звенеть, прилипшая к телу футболка была влажной от холодного пота. В спешке он никак не мог сосредоточиться, он искал хоть что-то, что могло бы указать нужный рычаг.

Так, всё в порядке, думай!

На некоторых панелях были обозначения «верх», «вниз» и тому подобное. Изначально у него не было времени, и сейчас он не мог долго здесь находиться. Эспер наугад поднял вверх рычаг, за ним следом ещё один. Если ничего не выйдет, он вернётся в отсек и повторит попытку.

Звук не ослабевал. Эспер вырубил фонарик на несколько секунд и затаился. Казалось, грохот приблизился. В темноте наступил на что-то липкое, на кровь или на внутренности, и внутри всё пробрало от омерзения.

Когда он вышел из отсека управления, пульс стучал в висках. Дыхание сбилось. Эспер на ощупь двинулся прямо. В руке вспыхнул фонарик. Тут грохот достиг наивысшей точки, Эспер вздрогнул, махнул рукой и чуть не выронил фонарик.

Навалившая вдруг тишина, казалось, пульсировала в унисон со стуком сердца. Эспер привалился к стене и сорвал с лица марлевую повязку, оставив ту висеть на шее. Он будто выдохся. Руки упали вдоль тела. Пальцы крепче сжались вокруг фонарика, и Эспер направил луч в проход справа.

Он надеялся, что правильно рассчитал направление, и этим путём он выйдет к туннелю.

Футболка была мокрой на груди; Эспер опустил доску на пол и застегнул ворот куртки.