Читаем Люди полностью

«А она какая-то особенная, что ли? Ты даже не представляешь, какая она тупая. На прошлой неделе полдня набирала одно письмо, распечатала, пошла к начальнику, просидела у него больше часа, приходит в слезах, смотрю – всё почёркано. Всё! Представляешь? А мои он сразу подписывает, иногда даже не читая. Я знаю, о чём говорю. Вот прошлым летом тоже случай был…»

«Подожди-подожди. Вы точно лучшие подруги?»

«Ну конечно. С кем у нас дружить? Все остальные ещё большие дуры».

«И ты считаешь в порядке вещей заглаза её поносить?»

«А ты ей собираешься об этом рассказать? Не ожидала я от тебя, Поленов, такой подлости. Ты у нас обычно неразговорчивый, а, оказывается, такой же заядлый сплетник, как и любая деревенская баба».

«Очень надо! Слишком много чести вам обеим. Чтобы я ещё между вами доносчиком бегал? Нет уж, увольте. Но, выходит, ты всё предусмотрела, учла, что я неразговорчивый и сплетничать не стану, поэтому можно при мне и позлословить».

«Да ты вообще обнаглел! Буду я ещё думать, выгадывать, у меня не для того голова на плечах. Тебе должно быть стыдно, человек перед тобой, можно сказать, душу раскрывает, а ты его за это ещё и ругаешь».

«Я не ослышался? Стыдно должно быть мне? Я не услышал от тебя ни одного душевного слова, всё пропитано ядом. Или у тебя в душе только вот эти гадости и ничего более? Тогда да, тогда я, пожалуй, поверю, что ты передо мной раскрыла душу».

«Ты сволочь. Тебе это кто-нибудь говорил? Погоди, – мы вышли из метро, – зайдём вон в тот магазин, мне надо кое-что купить».

«Презервативы?» – зачем-то пошутил я с жалкой улыбочкой на губах безо всякой задней мысли.

«Размечтался. Слюни убрал, губу закатал. У меня есть жених. – Потом мягкой, интимной, непонятной мне интонацией, слегка коснувшись своим плечом моего, добавила, – меня называешь плохой, а у самого вон какие грязные мысли в отношении коллеги».

Тут я всерьёз испугался, потому что ничего нам не мешало сделать то, чего делать ни в коем случае не следовало. На следующий день она вела себя сдержанней.

«Давай сходим куда-нибудь в центр, время раннее, заняться нечем».

«Только это будет не свиданием».

«Да ну, какое свидание? – кротко как будто согласилась она. – Ты мне, Поленов, совершенно безразличен. Даже жаль, что здесь и сейчас на твоём месте именно ты, а не кто-то другой».

«Абсолютно взаимно. И если опять начнёшь говорить про кого-нибудь гадости, я повернусь и уйду. Я не шучу».

«Какой ты порядочный. О чём же ещё разговаривать? Только об общих знакомых, которые все поголовно дебилы. И ты молчишь и молчишь. Хоть бы слово сказал. Интересно, а со своей девушкой ты тоже так себя ведёшь?»

«У меня нет девушки, и ты об этом прекрасно знаешь, мы давно расстались».

«И не мудрено, ты тюфяк. Она, наверное, билась-билась, но так ничего и не добилась, потому и бросила. А почему вы расстались?»

«Я не стану это с тобой обсуждать. И вообще ни с кем не стану, даже на смертном одре. Это не ваше дело. И, кстати, бросил её я», – от волнения мелочно соврал я.

«Это тебе так кажется. Если бы она захотела тебя удержать, то удержала, и никуда бы ты от неё не делся, потому что сам ни на что не способен. Слушай, Поленов, а почему ты такой невыразительный и бездеятельный, тебе вообще чего-нибудь в жизни нужно?»

«Вот не надо об этом, я не люблю общих разговоров».

«Нет уж, отвечай. А то – то не надо, это – не надо. И поговорить с тобой не о чем. Напридумывал курьёзных запретов, хоть не живи. Жизнь, знаешь ли, очень многообразна, заставит раскрыться или прожуёт и выплюнет, если пойдёшь против неё. Ты бы мог раньше представить, что когда-нибудь будешь гулять со мной в центре Москвы и вот так разговаривать?»

«Нет, не мог», – честно признался я.

«То-то же. Ну, говори, чего ты хочешь?»

«Надо серьёзно подумать. Просто так подобные вещи не обсуждают».

«Господи, чёртов мыслитель! Никогда не поверю, что ты всерьёз о чём-то задумывался. Не надо врать и корчить из себя святого. Чем ты всю жизнь занимался?»

«Чем и все. Жил и не задумывался о всякой чепухе».

«Нет, ты неисправим. Какая же это чепуха? Это самое главное. Если ты не ищешь способов того, как получить желаемое, значит у тебя нет цели, а если у тебя нет цели, то ты просто кусок безмозглого мяса».

«Как будто ты сама постоянно об этом думаешь».

«А как же!»

«И чего лично тебе от жизни надо?»

«То же, что и всем. Завести семью, родить детей, чтобы муж меня любил, чтобы был свой дом, машина. А ещё хочу выбраться из нашей дыры. Хочу жить вон в том доме, и чтобы не надо было каждый день ходить на работу. Не хочу просыпаться по будильнику, хочу весь день болтать с подругами. И нормальных подруг тоже хочу. Не желаю вот этого всего, хочу другого».

«Ты хочешь, чтобы тебя любили? А ты сама готова любить?»

«Больше всего на свете я хочу кого-нибудь полюбить. Ты не подумай, чёрт с ними, со всеми этими домами, машинами, работами, подругами, лишь бы хватало на жизнь и рядом был любимый человек, умный и заботливый, чтобы за ним, как за каменной стеной. Остальное всё неважно».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее