Читаем Лицо без маски полностью

— В телефонной книге абонентов мы нашли одиннадцать Донов Винтонов, в том числе с некоторыми отклонениями в орфографии. Затем сузили поиск до четырех возможных и проверили каждого. Один — парализованный, другой — вице-президент банка, третий — пожарный, который в день двух убийств был на дежурстве. Вся надежда была на последнего. А это владелец магазина домашних животных, и ему, пропади он пропадом, под восемьдесят.

— Мне очень жаль, — произнес Анжели.

Джад бросил взгляд на детектива и вдруг сообразил, что тот не спал всю ночь.

— Очень признателен вам за все старания, — с благодарностью сказал он.

Анжели наклонился вперед:

— Вы уверены в словах Моуди? Хорошо расслышали?

— Да.

Пытаясь сконцентрироваться, Джад прикрыл глаза. Он тогда спросил Моуди, знает ли тот наверняка, кто на самом деле за всем этим стоит. И вновь услышал его голос: «Вы когда-нибудь слышали о Доне Винтоне?» Доне Винтоне! Джад открыл глаза.

Анжели вздохнул:

— Да, — повторил он.

Анжели вздохнул.

— Тогда мы тычемся, как слепые щенята, — он нерадостно засмеялся. — Простите за невольное сравнение. А-а-пчхи!

— Вам бы лечь в постель.

Анжели встал:

— Да, наверное.

Джад не сразу решился на вопрос:

Как давно вы работаете вместе с Макгриви?

— Это наше с ним первое дело. А что?

— Как вы думаете, он может обвинить меня в убийстве?

Анжели опять чихнул.

— Пожалуй, да, доктор. Пойду-ка лягу.

Он направился к двери.

— Я, наверное, кое-что предприму сам, — сообщил Джад.

Анжели остановился:

— А именно?

Джад рассказал ему о Тери. И еще о том, что можно кое-что разузнать о бывших сожителях Джона Хэнсона.

— Не так уж много, — честно признался Анжели, — но вероятно, лучше, чем ничего.

— Мне до смерти надоело быть мишенью. Пора выбираться из окопов. Теперь охотиться буду я.

Анжели пристально посмотрел на него:

— Каким образом? Мы ведь боремся с призраками. в полиции рисует портрет по их показаниям?

Анжели кивнул.

— Портрет преступника, составленный по описанию. — Джад в возбуждении начал ходить взад и вперед по кабинету. — Я составлю портрет-характеристику человека, которого мы ищем.

— Как это? Вы же никогда его не видели. Это может быть кто угодно.

— Нет, не может. Мы ищем весьма неординарную личность.

— Какого-то безумного.

— Безумие — термин непрофессиональный и к медицине никакого отношения не имеет. Здравомыслие — способность разума адаптироваться к реальности. А если не можем приспособиться, то либо прячемся от реальности, либо ставим себя выше нее, и тогда мы — супермены и не подчиняемся общепринятым законам.

— Наш приятель считает себя суперменом?

— Вот именно. Когда нам угрожает опасность, у нас три выбора, Анжели. Спасаться бегством, придумать конструктивный компромисс или атаковать. Наш приятель атакует.

— Он же сумасшедший.

— Нет. Сумасшедшие бывают редко. Они концентрируют мышление только очень недолгий период времени. Мы имеем дело с гораздо более сложным человеческим материалом. Он может быть бездуховным, олигофреном, шизоидом, страдать маниакально-депрессивным психозом или любой комбинацией вышеупомянутых недугов. Есть и такие отклонения: Сначала нелогичные поступки, потом полная потеря памяти. Но самое главное — его внешний вид и поведение кажутся окружающим абсолютно нормальными.

— Так не за что же зацепиться.

— Вы неправы. Кое-какие наметки есть. Могу описать его портрет, — сказал Джад и сосредоточился, прищурив глаза. — Дон Винтон выше среднего роста, атлетического телосложения. Следит за своей внешностью и очень дотошен в делах. Не обладает артистическими талантами, не рисует, не пишет, не играет на фортепиано.

Анжели, приоткрыв рот, не спускал с Джада глаз. А тот продолжал говорить все быстрее:

— Ни в клубе, ни в другой общественной организации не состоит. Разве что их возглавляет. Способен только руководить. Мыслит глобальными категориями. Ну, например, если он жулик, то проворачивает крупные операции. Если в чем-то замешан, то только в ограблении банка, похищении людей и убийстве.

Возбуждение Джада росло. Он все отчетливее представлял себе этого человека.

— Когда вы его наконец схватите, то наверняка узнаете, что в детстве он остался без отца или матери.

Тут Анжели подал голос:

— Доктор, не хочу спускать вас на грешную землю, но ведь это может быть какой-нибудь чокнутый, наглотавшийся наркотиков подонок, который…

— Нет. Тот, кого мы ищем, не употребляет наркотиков. — Голос Джада звучал уверенно. — Я вам еще кое-что скажу. В школе он принимал участие в коллективных спортивных играх — футбол, хоккей. Ему неинтересны шахматы, кроссворды, головоломки.

Анжели скептически поглядывал на Джада.

— Но ведь он действует не один, — возразил детектив. — Вы сами предположили.

— Я описываю вам Дона Винтона, — сказал Джад. — Человека, который за всем этим стоит. И вот еще: он романского типа.

— Почему?

— Сужу по методике убийств: нож — кислота — бомба. Он — латиноамериканец, итальянец или испанец. — Джад вздохнул. — Вот вам словесный портрет. Портрет человека, который совершил три убийства и пытается убить меня.

Анжели сглотнул:

— Откуда, черт возьми, вы все это знаете?

Джад сел и наклонился к Анжели: