Пол Дрейк ничего романтического в занятии частным сыском не находил. Он смотрел на свою работу весьма пессимистически, хотя и вкладывал в нее много труда, внимания и знаний.

– Знаете ли вы Бертрана С. Алреда, Пол? – спросил Мейсон.

– Очень мало. Это большая шишка в рудниковых делах. Подождите… Я недавно что-то слышал о нем. Он замешан в каком-то мошенничестве.

– Его жена слиняла, – сказал Мейсон.

– Вот это мне нравится! И что же нужно от меня?

Мейсон протянул Дрейку только что полученную телеграмму.

– Это отправлено сегодня утром из Спрингфельда. Я хочу переговорить с миссис Алред. Найдите мне эту особу.

– Ее приметы? – лаконично спросил Дрейк.

– Дочь Патриция Факсон, указанная в телеграмме, и некий Роберт Флетвуд, которому миссис Алред позволила себя похитить. Встряхнитесь, старина! Действуйте быстро, но, разумеется, конфиденциально. В доме делают вид, что ничего не случилось.

– Когда она уехала?

– Говорят, в субботу вечером. Она мне прислала чек на две с половиной тысячи долларов. Похоже, что подписала его своей рукой. Чек был отправлен по почте в субботу вечером. Сегодня утром я получил от нее второй чек.

– В телеграмме говорится лишь об одном, – заметил Дрейк.

– Да. Чек на две с половиной тысячи. Банк считает его настоящим.

– А другой?

– Эксперты полагают, что фальшивый. Подпись подделана при помощи копировальной бумаги. Оба чека были показаны специалисту. Самое интересное заключается в том, что они кажутся отпечатанными на одной машинке. У меня здесь конверты.

– А где чеки?

– Один из них принят банком, – ответил Мейсон с легкой гримасой, –, а другой собираются отдать полиции.

– У вас требовали: конверты, в которых находились эти чеки?

– Пока еще нет. Но за этим дело не станет. Прикажите их сфотографировать, чтобы у нас остался след. Дайте эксперту для определения марки и модели машинки.

– Это все?

– Это все, что я могу вам сказать: Вы, без сомнения, найдете что-то еще, о чем придется подумать.

Дрейк предпринял попытку выбраться из кресла.

– А эта девушка, Патриция? Я могу спросить ее про телеграмму?

– Я не вижу причины препятствовать вам в этом.

– Должна она знать, что я работаю с вами?

Мейсон задумался.

– Представьтесь для начала журналистом. Потом скажите ей, кто вы и что мы вместе. Посмотрите, изменит ли это что-либо в ее объяснениях.

– Больше ничего? – спросил Дрейк.

– Я думаю, что нет необходимости составлять вам программу действий. А?

Рапорты полиции полны богатыми вдовами, которые исчезают, мужьями, устраивающими свои маленькие дела, а потом решительно отрицающими их. Все повторяется.

– Вы хотите сказать, что муж надевает на шею жены жернов, спускает ее в подвал, заливает тело цементным раствором и идет рассказывать своим друзьям, что его дорогая супруга поехала проведать тетю Мэри?

– Что-нибудь в этом роде.

– В нашем деле имеется третий персонаж – Флетвуд.

– Он тоже может быть в подвале.

– О нем надо молчать?

– Да.

– Сказать мне Патриции, что вы ищете ее дорогую мамочку?

– Нет. Пускай сама догадается.

– Хорошо. Когда это все нужно?

– Как можно скорее.

– Вы всегда торопитесь, сэр, – проворчал Дрейк, выходя из комнаты.

– Что касается вас, Делла, – сказал Мейсон, – защищайте крепость, а я слетаю в Лас Олитас. Может быть, мне улыбнется счастье, и я поймаю президента банка до завтрака.

Глава 5

Взгромоздившись на холм, окруженный фруктовыми деревьями Лас Олитас нежился на солнце. По склонам холма живописно расположились домики фермеров, а также богатых горожан, предпочитающих тишину сельской жизни суете городских кварталов. Ясное небо и суровая красота видневшихся вдали гор невольно побуждали остановиться и полюбоваться идиллическим пейзажем.

Бюро Мейсона находилось в сорока минутах езды от главной улицы Лас Олитас.

Припарковав машину на стоянке, Мейсон пешком отправился к банку.

Здание банка было построено недавно. Ультрасовременная архитектура, внутреннее убранство, просторные, изысканно оформленные холлы – все говорило о процветании и надежности.

Проходя мимо столов, расположенных позади мраморного барьера, Мейсон обнаружил медную дощечку с надписью «С. Е. Раулинг, президент».

Президент был шестидесятилетним мужчиной с улыбающимися глазами и производил впечатление делового, уверенного в себе человека.

Мейсон поклонился ему, и тот, покинув свое кресло, подошел к барьеру.

– Мейсон, – коротко представился адвокат.

– Вы Перри Мейсон?

– Он самый.

Рад знакомству с вами! Зайдите же! Я много слышал о вас, сэр! Не хотите ли открыть у нас счет?

– Нет, – ответил Перри, проходя за барьер, в котором президент открыл дверцу. – Я пришел по довольно серьезному делу, которое касается одного вашего клиента.

– В самом деле, мистер Мейсон? Садитесь, пожалуйста, и рассказывайте.

– Я получил сегодня утром чек на ваш банк на сумму две тысячи пятьсот долларов.

– А! – произнес Раулинг с видом человека, привыкшего к богатым клиентам, без затруднения расстающимся с чеками в две с половиной тысячи долларов.

– Я предъявил этот чек в свой банк «Фармере, Мерченс энд Мекэник».

Раулинг жестом предложил продолжать.

– Может быть, вы в курсе дела? – спросил Мейсон.