Читаем Ленивый любовник полностью

– Это можно объяснить только одним, – продолжал Алред, – она тайно была влюблена в Боба и знала, что Пат не любила его по-настоящему. Может быть, она не смела сказать мне о разводе, так как боялась, что за время всей этой процедуры Боб может ускользнуть от нее? Женщины плохо соображают, когда предмет страсти моложе их на пятнадцать лет… и это теперь только вопрос времени, Мейсон. Только вопрос времени.

– Что же вы конкретно хотите от меня? – спросил Мейсон. – Должен ли я постараться сгладить ваши неприятности или дать вам совет?

– Мне нужен совет, мистер Мейсон. Это все, что мне нужно.

– Для начала. Потом вы мне опять понадобитесь.

– Я вас не понимаю.

– Я хочу знать, представляете ли вы мою жену. Мне нужен точный ответ.

– Я не могу вам его дать.

– Если вы ее адвокат, я хочу через ваше посредство снестись с нею.

– Если она пожелает, то сама найдет вас, – возразил Мейсон.

– Дело не в ее желании, а в моем!

– В самом деле?

– Да. Мне нужен Боб Флетвуд.

– А Флетвуд, – сказал Мейсон, – зная, что он рискует, – встретившись с обманутым мужем, старается избежать свидания с вами.

– В этом весь вопрос. Хотя он не должен меня бояться.

– Это может быть даже не боязнь, а благоразумие.

– Что бы там ни было, но мне он нужен.

– Это ваше желание он может проигнорировать.

– Слушайте, – сказал Алред, – я раскрою карты.

– Слушаю.

– Вы знаете, чем я занимаюсь, мистер Мейсон.

– Вы занимаетесь рудниками.

– Да, я занимаюсь делами рудников. Это чистое дело, ничего спекулятивного. Вы приобретаете концессию. Это кажется выгодным. Производите разработки за свой счет, надеясь хорошо заработать. Потом оказывается, что это бездна, а вы исчерпали уже все свод возможности. Естественно, появляется желание избавиться от части расходов, переложив их на других.

Мейсон кивнул.

– В другой раз вы производите небольшое бурение, не затрачивая больших средств, и нападаете на богатую жилу. Вы знаете Георга Жерома?

Адвокат отрицательно покачал головой.

– Это мой партнер в некоторых делах. Отличный техник и энергичный человек.

– Он участвует в нашей истории?

– Мне принадлежала «Уайт Хоре Майн». Мы обменяли ее на «Диксон Кетч» с приплатой небольшой суммы. Это была хорошая сделка.

Мейсон посмотрел на свои часы.

Это недолго. Одна минута. Все имеет отношение к истории с моей женой, – продолжал Алред. – Кетч просчитался, он думал, что подсунул нам маломощный рудник, так как плохо его разработал, но мой товарищ хорошо разбирался в технических вопросах. Он правильно наладил эксплуатацию и напал на богатую жилу.

Несмотря на наши старания скрыть это, Диксон Кетч узнал и разъярился.

Лучшее, что он мог сделать, это попытаться аннулировать контракт. Он стал говорить, что произошло мошенничество, и требовать уничтожения контракта. Мы посоветовали ему окатиться холодной водой.

– И что же сделал Кетч?

– Он нанял адвоката и стал преследовать нас, говоря, что он рассчитывал на нашу честность и не проверил состояние «Уайт Хоре Майн».

Диксон, конечно, соврал. Он ездил на место и все видел своими глазами. Вы понимаете, что бы мы ему ни рассказали, он все равно не преминул проверить сам.

Закон, как я понял, гласит, что контракт может быть аннулирован лишь в том случае, если имело место мошенничество, а в остальных случаях, даже если покупатель и не досмотрел чего-нибудь, он все равно связан контрактом.,

– Так действительно говорит закон, – сказал Мейсон, – но бывают исключения…

– Я знаю, я знаю, но в данный момент не в этом дело. Я говорю о принципе. Дело совершенно ясное.

Кетч провернул невыгодную аферу и ищет пути поправить свое положение.

– Можете вы доказать, что он обследовал ваши рудники? – спросил Мейсон.

– Вот это и есть самое главное, – ответил Алред. – И существует только один человек, который может доказать это.

– Кто это?

– Роберт Жорж-Флетвуд, – с горечью проговорил Алред. – Человек, исчезнувший с моей женой.

– Как мне кажется, ситуация усложняется, – сказал Мейсон, с трудом удерживаясь от улыбки.

– Да, это сложно, это просто невыносимо. И это я вытащил Флетвуда из ничтожества, сделал из него человека, хотя, по существу, он лентяй и не любит работать. Он похищает мою жену и делает неразрешимым наш спор с Кетчем, потому что неизвестно где находится.

Конечно, Кетч в курсе всего. Он торопит разбор дела, основываясь на наших заявлениях: моем и Георга Жерома. Мы в гнусном положении, Мейсон. Мы не можем утверждать на суде, что наш покупатель был полностью в курсе дела, что он сам произвел исследование, если мы не можем доказать этого. Заранее можно сказать, что дело будет проиграно. Вы это хорошо знаете, вы – адвокат.

– В конце концов, чего вы хотите от меня? – спросил Мейсон. – Я не могу заниматься делами ваших рудников.

– Я это хорошо понимаю. У нас есть свой адвокат.

– Тогда?

– Слушайте, Мейсон. Вы – адвокат моей жены. О! Вы можете говорить что угодно! Я знаю, что вы ее адвокат. Снеситесь с нею…

– Почему вы считаете, что я в силах это сделать?