Читаем Лавандовый сад полностью

– И тем не менее Эдуард сказал мне, что там есть место, где мы можем надежно спрятать Софию. Конечно, было бы очень хорошо, если бы мы смогли покинуть Францию незамедлительно, прямо сейчас, но для слепой Софии такой сложный путь спасения рискован, она попросту может не вынести всех тягот, сопутствующих столь опасному предприятию. К тому же в замке мы можем целиком положиться на самих себя. Сегодня во Франции – увы! – уже не осталось домов, где можно чувствовать себя в безопасности. Гестаповцы превосходно отладили систему доносов и тотального стукачества, платят большие деньги за то, чтобы сосед доносил на соседа, если ему вдруг померещатся поблизости какие-нибудь подозрительные люди вроде нас. Так вот, на тот случай, если гестаповцы неожиданно нагрянут и сюда, мы с вами должны изменить свою внешность. Это надо в том числе и для фотографий на будущих документах. – Сара небрежно швырнула Конни бутылочку с пергидролем и, увидев выражение ее лица, издала короткий смешок. – Боитесь, что возникнут проблемы? Все будет нормально. Лично я собираюсь перекраситься в огненно-рыжий цвет. Надо еще подумать об одежде для мадемуазель Софии. Ее нынешний наряд слишком уж вызывающе красив. Сразу видно, что он стоит больших денег. Это тоже может привлечь к ней ненужное внимание.

Конни в изумлении глянула на Сару.

– Да вы настоящий профессионал, Сара, – проговорила она уважительным тоном. – Откуда вы знаете все эти тонкости маскировки?

– Мой муж более двух лет сотрудничал с маки. Потом гестаповцы арестовали его и расстреляли. А я сама тоже не раз и не два помогала графу в его опасных предприятиях. Хорошая маскировка – это вопрос выживания. А если попадаешь в ситуацию, когда необходимо выжить любой ценой, то всему учишься очень быстро. А сейчас, – Сара кивком головы показала на отхожее место, примостившееся с тыльной стороны дома, – ступайте туда. Там тоже есть небольшая раковина. Прежде чем наносить перекись на волосы, их следует хорошенько смочить.

Конни вышла на улицу с бутылочкой пергидроля в руке и направилась в уборную, остро ощущая собственную неполноценность. Надо же! Чего стоит после этого разговора ее пресловутая подготовка по самым изощренным программам в разведшколе? Сара, простая служанка, оказалась более подготовленной к той ситуации, в которой они оказались, чем она сама.

Двумя днями позже Конни заметила в окне третью патрульную машину с гестаповцами. Она методично, на протяжении нескольких часов, колесила по узеньким улочкам городка. В этот момент к ней подошла Сара и сказала, что ночью они трогаются в путь.

– Я не могу более рисковать безопасностью своей сестры, – добавила она. – Документы у нас уже на руках, можем двигаться дальше. Все намечено на сегодняшний вечер.

– Хорошо, – ответила Конни и глянула на безжизненное лицо Софии, сидевшей за кухонным столом.

Кажется, она полностью ушла в себя, и ее ни капельки не интересовало все то, что творится вокруг. Да и не была она готова ни физически, ни по факту своего рождения к тем испытаниям, которые сейчас выпали на ее долю. Конни коснулась ее руки и слегка пожала руку.

– София, дорогая, сегодня вечером мы отправляемся в дорогу, и уже совсем скоро ты окажешься в доме, о котором мне столько рассказывала, – проговорила она негромко, пытаясь хоть как-то утешить девушку.

София молча кивнула головой. Вид у нее был жалкий. Какой-то обвислый кардиган из толстой бежевой шерсти, типичный наряд простой крестьянки в здешних местах, еще более подчеркивал болезненную бледность ее лица. За все то время, что они пробыли здесь, Конни ни разу не видела, чтобы София притронулась к еде. А один раз, когда она сопровождала девушку на улицу в туалет и стояла рядом с кабинкой, поджидая ее, она слышала, как Софию тошнит. Несмотря на то что они благополучно пересекли демаркационную линию, Конни прекрасно понимала, что впереди у них еще сотни километров очень сложного путешествия, пока они наконец окажутся в безопасном месте. Хоть бы у Софии хватило сил вынести все тяготы этого путешествия, мысленно взмолилась Конни. Вид у девушки был очень нездоровый и не внушал особого оптимизма.

В десять часов вечера Конни, Сара и София присоединились еще к шести путникам, поджидавшим их на берегу реки Соны. Их разместили в какой-то плоскодонке. Первой туда залезла Конни, за ней последовала Сара, крепко держа за руку Софию, чтобы та не оступилась. Когда все разместились, лодка заскользила по поверхности воды в кромешной тьме. За все то короткое время, что длилось их путешествие на другой берег, никто не проронил ни слова. Как только лодка причалила к берегу, пассажиры все так же молча выбрались на сушу и тут же растворились в ночи, двинувшись бегом по замерзшему полю в разные стороны.

– Возьмите Софию за руку, – скомандовала Сара Конни, – а я возьмусь за другую. София, – обратилась она к девушке, – сейчас вам придется немного пробежаться. Побежите вместе с нами. Нельзя, чтобы нас засекли именно в этом месте.