Читаем Квантовая любовь полностью

Перед ней в камере находились панели управления, мониторы, какие-то переключатели… На какую бы кнопку нажать, чтобы ничего не вышло из строя?

– Подождите! Вы что делаете? Сюда нельзя без разрешения.

Топая по металлической решетке, директор зашел внутрь камеры. Мариана переходила от панели к панели, делая вид, что нажимает на кнопки. Беккет следовал за ней, проверяя каждый монитор, к которому она прикасалась.

Улучив минуту, Мариана бросилась к панели у входа и, быстро повторив про себя: «Семь-пять-шесть-шесть-три-восемь», ввела код.

Дверь с жужжанием закрылась. Мариана встала к ней спиной, широко раскинув руки.

– Что происходит? – спросил ученый.

В его голосе слышались гнев и растерянность.

– Доктор Беккет… Я знаю, мое поведение выглядит странным. Но скоро произойдет нечто ужасное, поэтому я хочу…

Внезапно дальняя дверь распахнулась. В камеру вбежал Картер и с ходу придавил кнопку панели. Раздалось несколько щелчков.

– Дверь заперта, – констатировал он, – но времени у нас мало.

– Вы, кажется, техник? – спросил Беккет.

– А я нейробиолог, – встряла Мариана. – Я из группы проекта «Релив». Мы говорим чистую правду. Однако в то, что мы сейчас расскажем, поверить будет намного сложнее.

С неожиданным для своих лет проворством Беккет вдруг бросился вперед. Мариана успела схватить первое, что попалось под руку, – простой, с кнопками, небольшой сканер из легкого композитного материала. Держа его, как теннисную ракетку, она выглядела скорее комично, чем устрашающе. Тем не менее ее неожиданный поступок заставил Беккета остановиться. Именно это и было нужно.

Беккет изумленно взирал на странную парочку, и Мариана подумала о нелепости того, что с ней происходит. Любой другой, оказавшись здесь, в этом удивительном месте скопления «блестящих умов», как выразилась однажды Шэй, постарался бы сделать для себя побольше открытий, увидеть все собственными глазами. А она? Схватила какой-то дурацкий сканер и размахивает им – да еще перед кем? Перед директором и самим основателем комплекса «Хоук»! Немудрено, что бедняга, глядя на нее, разинул рот от удивления.

– Мы… – начала она.

Руки тряслись, в крови клокотал адреналин.

– …мы очень вас просим, не уходите…

– Так вы из проекта «Релив»?

– Да-да, меня зовут Мариана. А это Картер. Он работает здесь техником. Правда!

– Мы виделись пару раз мимоходом, – поддакнул тот.

Беккет, поглаживая рукой твердый подбородок, задумчиво сощурился. Мариана не могла подыскать нужных слов. Брала досада, что после того, как путем хитрых расчетов удалось заманить директора в ловушку, сказать было нечего.

– Выслушайте нас! – попросила Мариана и взглянула на сканер. – Можно, я его уберу? Это ведь нам уже не нужно. Вы обещаете выслушать?

Она медленно передвигалась в сторону главного пульта, рядом с которым лежали приборы.

– Надо было гедза с собой захватить, – подумал вслух Картер. – Выглядело бы куда внушительнее.

– Ты опять о еде? Лучше скажи, как объяснить ситуацию, чтобы доктор Беккет не подумал, что мы спятили.

– Через несколько часов «Хоук» взорвется, – выпалил Картер. – Возникнет петля времени. Но угодим в нее только мы с Марианой.

Она бросила на него колкий взгляд, но Картер в ответ лишь пожал плечами.

Беккет принял его слова всерьез. Не выказав ни малейшего удивления, он задумчиво склонил голову, как будто решал в уме математические уравнения.

– Петля времени, значит?

– Ну да… или как это правильно назвать, – буркнул Картер. – Я, извините, даже университет не окончил.

– Такому и в магистратуре не учат, – заверила его Мариана.

– Вот и отлично! Можно будет успокоить родителей, – пошутил Картер, не сводя глаз с Беккета. – В общем, нам кажется, вы являетесь ключом к разгадке, поэтому и пытаемся вас убедить. Получится ли – не знаю.

Пожав плечами, Картер оглянулся на Мариану.

Беккет, выслушав его, спокойно ответил:

– Я ученый и привык мыслить объективно. Предположим, я вам поверил. Опишите, что вы видели во время взрыва.

– Значит, так, – начал объяснять Картер, – мы стоим в наблюдательной кабине, и тут взрывается дальний левый угол. На мониторе – информация о стойке Ку-Эл восемьдесят девять. Нарушение структурной устойчивости. Провода лопаются, – взмахнул он руками, – и из них… бьет наружу пучок энергии. На молнию похож, только зеленый. В первый раз я сам под него попал, а в последний – подставил под луч Мариану.

– И тогда я тоже все вспомнила.

Снаружи послышались голоса и шаги, и снова все стихло. Зазвонил телефон, но Беккет не обратил на него внимания. Мариана не спускала глаз с ученого, а Картер стоял рядом и нетерпеливо постукивал ногой.

– Зеленая энергия, говорите?

– Ярко-зеленая, цвета лаймовой кожуры. Вот как сейчас вижу, – ответил Картер и сосредоточился, глядя перед собой. – Сначала он движется зигзагами… затем немного в сторону… а потом вниз, на пол, в нескольких шагах от пульта. – Он постучал пальцем по лбу: – Фотографическая память! Очень удобно в таких случаях.

– Вот видите? – подхватила Мариана. – С ускорителем что-то не в порядке. Надо его отключить. Мы же подсказываем вам, как обнаружить сбой.