— Мне нечего скрывать, — смачно облизал свои объёмные губы нынешний царь и обтёр уголки рта кончиками пальцев. Этот жест был новым, африканским, приобретённым, очевидно, в «пост-эскортном» периоде. — Для подобного путешествия в пространстве кристаллов требуется два. Буй входа и буй выхода. Их и было два. «Эскорт» нёс на борту буй входа. По истечении седьмого дня пути корабль должен был выйти на заданную позицию и остановиться. Сознаюсь, команда сопровождения становилась ненужной. Такова жизнь. Я, кстати, настаивал на том, чтобы груз шёл без сопровождения. И если бы Раиса не прознала об этой миссии, так бы оно и было. Но эта лиса, как всегда, меня обыграла.

В глазах Чикиты блеснуло недоверие.

— Она не рассказала вам, что ли? Быть не может. Должна была рассказать! Хотя бы с купюрами. Для ВКСМ она была самой проблемной из всех наблюдателей. Нос, как пылесос, причём, с локатором. Традиционалистка. «Людям рано в космос». В общем, тогда я предпочитал либералов.

— Среди которых нашлись «добрые люди», готовые помочь Земле освоить дальний космос побыстрей? — Тихий вопрос капитана после впечатляющего монолога царя показался неожиданным и лишним. Пекарь даже переспросил, не расслышав: — А? Ну да, конечно.

Теперь он звучал добродушно. Воспоминания, по всей вероятности, доставляли ему удовольствие.

— Мы давно поняли, что у нас гости. Живут тихо, никуда не лезут, не светятся. Только не все они оказались одинаково скромны. Я возглавлял тогда одну из наблюдательных групп. Да-да, — хохотнул он, и в его стакане булькнул коричневый напиток, ароматом которого пропитался к этому времени весь кабинет. — Наблюдатели за наблюдателями наблюдают наблюдательно. Ха-ха-ха! По сути приходилось исхитряться не на шутку: либералы предоставляли помощь, но требовали гарантий секретности, а Раиса… ну, она Раиса и есть, у неё нюх, чутьё…

— Где второй кристалл? — Чикита редко отвлекалась на детали.

— Там же, там же, дорогая. На борту «Ковчега». По официальной версии экспедиция продолжает следование по искаженному маршруту, и до прибытия в пункт назначения мы никак не можем с ней связаться. Космос-то бескрайний.

— А на самом деле?

— Разве непонятно? Мы их потеряли. Вы вошли в туннель одновременно с ними. Или почти одновременно. Никто так и не разобрался, как именно это произошло, и что связало тогда ваши кристаллы, но сработали они как тандем. «Эскортовский» ещё можно было прощупать, мы были рядом. И если бы Аркилы тогда не заявились, мы бы вас выдернули. Но тут в ход пошла дипломатия, а с нею извечный протокол, задержки, проволо́чки…

— То есть на «Ковчеге» ВКСМ поставили крест?

Пекарь только пожал плечами: — Ничего, вывалятся ещё где-нибудь… — и отпил, причмокивая, из своего стакана. — Жаль, что ты не пьёшь, красотка. Замечательная вещица!

— Что-ж, — Чикита встала по своему обыкновению резко. — Нам пора. Спасибо за помощь, генерал. К вам вопросов больше нет.

Пекарь не пошевелился: — И куда ты пойдёшь? На метаморфоз запишешься?

— Мы со Степаном не решили пока.

— Со Степа-аном? — протянул Вениамин и, пристроив свой стакан на поднос, легко поднялся из кресла. Не так стремительно, как Чикита, но весьма спортивно, не по комплекции. Очевидно, драпировки скрывали не такого уж увальня. Затем он смерил Коршака с ног до головы длинным внимательным, слегка смеющимся взглядом и добавил: — С протезами не принимают.

Чикита была уже в дверях, и голоса ему пришлось прибавить:

— Да погоди ты! Куда поскакала? Успеешь ещё получить свою путевку в рай. Коршаку твоему наши местные аркилы за полгода руки-ноги отрастят. Вот и поживите пока здесь. У нас места много.

Царское приглашение погостить? Мило. Очень мило. Странный разговор-хамелеон снова поменял окрас. Чикита только удивлённо посмотрела на этого плохо узнаваемого человека, которого она привыкла считать другом и к которому только училась относиться как к врагу.

А Веня, видимо, действительно неплохо знал Чикиту, потому что запросто прочёл её мысли и довольно потёр усеянные перстнями руки:

— Ну, вот и славненько! Пойдём-ка, я тебя с женой познакомлю.

Глава 3. Прогулка по Котону

За пределами английского кабинета Африка мгновенно взяла своё. Они шли широкими светлыми галереями с огромными окнами без рам и стекол, Степан молча утирал пот, а Пекарь мельтешил под ногами, тараторя и увиваясь вокруг Чикиты, как в старые добрые времена.

— Оксана — моя четвёртая жена. Но сама она больше любит слово «последняя». Я человек честный, ты же знаешь, поэтому жениться никогда не стеснялся, тем более что мишпаха наследников требует… Оксана! Оксана! — прокричал он куда-то в окно и ему ответил со двора задорный женский голос: — Чего тебе?

Он снова что-то крикнул. Голос снова что-то ответил. Слово за слово, получилась небольшая перепалка, и царица с обезоруживающей улыбкой и ведром молока появилась на пороге галереи.