Читаем Красношейка полностью

Хелена Ланг будто все это уже видела. Открытые окна, теплое весеннее утро наполняет коридор запахом недавно скошенной травы. Последние две недели постоянно шли бомбежки, но сейчас она не чувствовала запаха дыма. В руке она несла письмо. Замечательное письмо! Даже старшая медсестра – жуткая брюзга – и та улыбнулась, когда Хелена пропела свое «guten Morgen».

Доктор Брокхард в удивлении поднял глаза от бумаг, когда Хелена без стука влетела в его кабинет.

– Ну? – сказал он, снял очки, закусил дужку и посмотрел на нее своим немигающим взглядом.

Хелена села.

– Кристофер, – начала она. Она не называла его по имени с тех пор, как они были детьми. – Я хочу кое-что рассказать тебе.

– Прекрасно, – ответил он. – Я именно этого и ждал.

Она знала, чего он ждал. Объяснений, почему она еще не исполнила его желание и не пришла к нему в квартиру в главном здании больничного городка, ведь он продлил пребывание Урии в больнице в два раза. Хелена говорила, что побоялась выходить из-за бомбежек. Тогда он сказал, что сам может прийти к ней в летний домик ее матери – на это она, конечно, не согласилась.

– Я все расскажу, – сказала она.

– Все? – переспросил он, слегка ухмыляясь.

«Нет, – подумала она. – Почти все».

– В то утро Урия…

– Его зовут не Урией, Хелена.

– В то утро он отлучился, и вы тут подняли тревогу, помнишь?

– Конечно.

Брокхард отложил очки на край листа перед собой, так чтобы оправа лежала параллельно краю листа.

– Я посчитал, что надо сообщить об исчезновении в военную полицию. Но он снова появился здесь и стал рассказывать, будто полночи бродил по лесу.

– Это было не так. Он приехал на ночном поезде из Зальцбурга.

– Да? – Брокхард откинулся на спинку кресла, не дрогнув лицом, – он не любил показывать свое удивление.

– Еще до полуночи он сел на поезд из Вены, сошел в Зальцбурге, где прождал полчаса и поехал на ночном поезде обратно. В девять он уже был на вокзале Хауптбангоф.

– Хм. – Брокхард посмотрел на ручку, которую крутил в кончиках пальцев. – И как он объяснил эту идиотскую выходку?

– Ну, – сказала Хелена, даже не пытаясь скрыть улыбку. – Ты, наверное, помнишь, что в то утро я тоже опоздала на работу.

– Да-а…

– Я тоже приехала из Зальцбурга.

– Ты тоже?

– Я тоже.

– Думаю, ты должна это объяснить, Хелена.

Она рассказывала, глядя на указательный палец Брокхарда. Из-под кончика пера выступила капля крови.

– Понятно, – сказал Брокхард, когда она замолчала. – Хотели уехать в Париж. И как долго вы думали там прятаться?

– Так далеко вперед мы не думали. Но Урия хотел, чтобы мы поехали в Америку. В Нью-Йорк.

Брокхард сухо рассмеялся.

– Какая ты умная девочка, Хелена. Я понимаю, что этот изменник ослепил тебя своими сладкими сказками про Америку. Но знаешь что?

– Нет.

– Я тебя прощаю. – И продолжал, глядя на ее удивленное лицо. – Да, я тебя прощаю. Ты, наверное, должна бы понести наказание, но я знаю, что такое девичье сердце.

– Но я пришла не за проще…

– Как там твоя мать? Ей, должно быть, тяжело одной. Сколько лет дали твоему отцу? Кажется, три?

– Четыре. Кристофер, ты можешь дослушать меня до конца?

– Умоляю тебя, Хелена, не делай и не говори ничего, о чем потом будешь жалеть. То, что ты пока сказала, ничего не меняет, договор остается прежним.

– Нет! – Хелена встала так быстро, что опрокинула стул. Потом она кинула на стол то самое письмо, которое все это время сжимала в руке.

– Посмотри сам! У тебя больше нет власти надо мной. И над Урией.

Брокхард посмотрел на письмо. Вскрытый коричневый конверт ни о чем ему не говорил. Он достал из него бумагу, надел очки и начал читать:

Мы получили запрос от начальника норвежского Полицейского управления, Йонаса Ли, о Вашем немедленном переводе в Полицию Осло для дальнейшего прохождения службы. Учитывая, что Вы являетесь норвежским подданным, мы не находим причин не удовлетворить Ваше желание. Данное распоряжение отменяет предыдущее распоряжение командования вермахта, дальнейшие подробности о месте и времени сборов Вы получите от норвежского Полицейского управления.

Брокхард дважды посмотрел на подпись. Сам Генрих Гиммлер! Он поднял лист на свет.

– Можешь позвонить и выяснить, если хочешь, но поверь мне, письмо подлинное, – заверила Хелена.

Из открытого окна доносилось пение птиц в саду. Брокхард, пару раз кашлянув, наконец спросил:

– Значит, вы написали письмо начальнику полиции в Норвегию?

– Не я. Урия. Я просто отыскала нужный адрес и отправила его.

– Отправила письмо?