Читаем Костанътинъ (СИ) полностью

– До крестного мне не дозваться, он бы точно остановил это... Отец тоже слишком далеко! – на лице мальчика было настоящее отчаяние. – Неужто нет способов доказать невиновность мистера Блэка? Не спасти его? – Сейчас нужно одно, – медленно проговорил Дамблдор, и его яркие голубые глаза перебежали с Константина на Гермиону, – Выиграть время. – Но… – начала было Гермиона, и тут глаза у нее округлились. – Ну конечно! Точно! – Теперь внимание. – Дамблдор заговорил тихо и отчетливо. – Сириус заперт в кабинете профессора Флитвика на восьмом этаже, тринадцатое окно справа от Западной башни. Если все сложится удачно, сегодня ночью вы спасете его. Но запомните оба: вас никто не должен видеть. Мисс Грэйнджер, вы это знаете, как и то, сколь велик риск… Вас – никто – не должен – видеть.

Парень понятия не имел, о чем идет речь. Он переводил взгляд с директора на подругу. А Дамблдор встал и, дойдя до двери, обернулся.

– Я закрою вас здесь. Сейчас, – он взглянул на часы, – без пяти двенадцать. Мисс Грэйнджер, вам хватит трех оборотов. Желаю удачи. – Желаю удачи? – переспросил мальчик, как только за Дамблдором закрылась дверь. Он спрыгнул с постели, обрадовался, что одетый. – Три оборота? О чем он говорил? О каких это оборотах? Что мы будем делать?

Гермиона пошарила у себя за пазухой и извлекла очень длинную золотую цепь.

– Что... – еще раз начал говорить Константин.

Но она накинула ему цепь на шею. И приказала:

– Не шевелись.

Он замер. Она резко перевернула песочные часы три раза. Темнота в палате рассеялась, и паренек почувствовал, что очень быстро летит куда-то назад. Мимо неслись смутные цветные пятна и контуры, уши заложило – он попытался крикнуть, но не слышал своего голоса…

Но вот под ногами вновь появилась твердая опора, и все опять обрело привычные очертания.

Они с Гермионой стоят в пустынном холле, из распахнутых парадных дверей на мощеный пол льется поток золотых солнечных лучей. Он ошарашенно взглянул на Гермиону и на цепь от часов, врезавшуюся ему в шею.

Она схватила его за руку, с силой толкнула в находящийся буквально за спиной чулан, да так, что он чуть не упал.

И закрыла дверь.

– Что… Как… Гермиона, я ничего не понимаю! – он сел на пустое перевёрнутое ведро. – Мы переместились назад во времени, – шепотом объяснила Гермиона. В темноте она сняла цепь с шеи Константина. – На три часа. – Так это у тебя Маховик Времен? – протянул Константин, все понимая. – Не одному мне есть что скрывать в этой школе... – Мне его дала профессор МакГонагалл после летних каникул. Благодаря этому Маховику я успевала посещать все мои занятия. Профессор МакГонагалл взяла с меня клятву, что я ничего никому не скажу. – С меня взял клятву мой родной отец, что никто ничего не узнает... – в свою очередь, начал говорит он. – О моем настоящем имени и происхождении. Я надеюсь, что ты никому не расскажешь об этом, иначе моему отцу и крёстным придется пойти на крайние меры. – Ш-ш-ш-ш! Слушай! Кто-то идет! Скорее всего, мы!

Гермиона прижалась ухом к двери чулана.

– Да, мы идем с тобой на прогулку... – проговорил мальчик. – Я понял, что мы обязаны изменить прошлое, чтобы Сириус не погиб. Но как нам это сделать? И почему директор назвал нам именно окна? Как эвакуировать Блэка через окно?

Гермиона села на парту, стоявшую у стены и уставилась на него:

– По воздуху, наверное... – Так, самолет не подходит. Что же еще? Метлы – нет... – Хагрид, – произнесла она. – У него есть гиппогриф, он умеет летать. Он у хижины был привязан. – Точно! – хлопнул себя по лбу Константин. – Я – простофиля! Они улетят оба! Но тогда нам надо идти на улицу – воровать животное.

По лицу Гермионы было видно, что она отчаянно не хочет этого делать...

Первая часть прошла без сучка без задоринки. Клювик замечательно повел себя... К-хм, с помощью хорьков, которых он с удовольствием поедал, он пошел с ними.

Они оба замерли на хорошей наблюдательной позиции: неподалеку от Гремучей Ивы, в чаще леса. Оба обратились в слух.

– Значит, ты и есть пропавший Гарри Поттер, – тихо сказала девочка. – Да, – не отрывая взгляд от дерева, проговорил Константин. – Меня усыновили в возрасте трех лет. Я безумно люблю своего приемного отца...

Подходил к концу второй час тягостного ожидания.

– Вот и мы! – прошептала наконец Гермиона.

Оба вскочили на ноги, Клювокрыл поднял от земли голову: Люпин и Петтигрю неуклюже выкарабкались из дыры между корнями. Вся компания вскоре двинулась вверх по склону к замку.

У Константина заколотилось сердце. Он посмотрел на небо – в любую минуту облака могли разойтись и окрестности зальет лунный свет.

– Это Люпин, – тихо сказала Гермиона. – Он превращается.

Вдруг парня осенило.

– Гермиона! Нам нельзя здесь оставаться! Надо немедленно уходить. – Говорю тебе: нельзя… – Да я о другом! Ведь Люпин побежит по лесу как раз там, где мы прячемся.

Гермиона ахнула.

– Скорее! – Она кинулась отвязывать Клювокрыла. – Скорее отсюда! Где лучше спрятаться? Дементоры появятся в любую минуту! – К хижине! Там сейчас никого!