Читаем Корни блицкрига полностью

Под руководством Зекта, а также в конце 20-ых, немецкая армия сделала большие успехи в создании современной полноценной доктрины использования бронетанковых войск. Войсковое управление создало прогрессивную доктрину применения танков, подчеркивавшую наступательные свойства танков. В течение 20-х годов многие офицеры в Войсковом управлении и не только активно штудировали и обсуждали тактику применения танков. Начиная с 1919 года Militar Wochenblatt был полон статей самых разных немецких офицеров, писавших на тему танковых тактики и технологий. Как и при разработке различного вооружения, были изучены и восприняты многие иностранные идеи, но даже на этом начальном этапе офицеры германской армии создавали свои собственные оригинальные концепции. Тремя основами (столпами) германской бронетанковой теории 20-х годов были полученный армией опыт использования бронетехники в ходе Первой мировой войны, зарубежные опыт и идеи в области танковой войны, а также оригинальные концепции, появившиеся внутри Рейхсвера.

Первый опыт применения танков.

По сравнению с массовыми танковыми атаками войск Антанты в Камбрэ, Амьене, Суассоне и дюжиной других наступлений 1917–18 гг. деятельность собственных бронетанковых войск Германии как правило рассматривается сквозь пальцы. Немцы в 1918 году сформировали девять танковых рот и танковую школу, штаб (эквивалент бригадного штаба), а также танкоремонтную мастерскую — всего соединение численностью около 2,5 тыс. человек.{583} Немецкие танковые войска участвовали в двенадцати сражениях в 1918 году. В самом большом бою с участием немецких танков, под Виллер-Бретоном, 24 апреля 1918 года, участвовало тринадцать танков. Действия немецких танков, как и большинство британских, французских и американских танковых атак, представляли собой действия небольших танковых отрядов, поддерживавших пехотные полки во время атак с ограниченными целями.{584} Опыт германской армии в области использования танковых войск обеспечил ей достаточные знания и боевые навыки, чтобы сделать здравые выводы и разработать первую доктрину применения танков. Первоначально немецкие танковые части были отдельными ротами в составе пяти танков каждая. В общей сложности они насчитывали к лету 1918 года 45 танков, и еще сорок пять танков в резерве для замены поврежденных машин. К осени 1918 года немцы поняли, что рота из пяти танков слишком слаба и реорганизовали свои танковые войска, создав три батальона по три роты в каждом. Поскольку немцы планировали насытить свои войска легкими танками к 1919 году, они планировали создать танковые батальоны по тридцать легких танков в каждом, с десятью танками в роте.{585} На опыте проведенных ими боев с участием танков немцы поняли, что танк является хорошим средством поддержки пехоты. Так, например во время атак 21 марта, 24 апреля, 27 мая, 15 июля и 31 августа 1918 года германские пехотные полки, поддерживаемые танками, смогли легко достичь поставленных перед ними целей.{586} Однако, по словам Эрнста Фолькхайма, одного из немецких танковых офицеров, самой большой проблемой танковых войск на начальном этапе их появления было отсутствие надежной связи с пехотой и артиллерией.{587} В хаосе сражения 31 августа немцы потеряли два танка от огня своей собственной артиллерии, когда они отклонились в сторону, а соседняя германская батарея подумала, что это атака британских войск.{588}

После провала немецкой танковой атаки у Реймса 1 июня 1918 года, направленной против сильно укрепленных французских позиций, немцы осознали важность тщательного выбор местности при организации наступлений с участием танков.{589} Бой 11 октября 1918 года, произошедший к северу от Камбрэ, продемонстрировал немцам ценность танков в оборонительном сражении. В ходе боя, которое Фолькхайм назвал «самым успешным боем германских танков», десять немецких машин сумели закрыть разрыв в германской обороне и остановить наступление, возглавляемое британскими танками.{590} В 1918 году немцы даже разработали свой собственный боевой порядок для ведения танковой атаки, который заключался в построении танков во время атаке в виде ломаной линии, при этом каждый танк был удален не далее чем на 50 метров от соседа — достаточно для связи с помощью визуальных сигналов. Немцы поняли ценность «зигзагообразного боевого порядка» в Реймсе, столкнувшись с сильной противотанковой обороной. {591}

В ходе маневренной войны на территории Румынии в 1916-м году немцы получили ценный опыт использования небольших бронеавтомобильных отрядов для проведения внезапных атак и глуюоких рейдов в тыл противника.{592} Рейд пяти немецких бронемашин в Ваденжи в 1916 стоил румынам 450 человек убитыми и ранеными, в то время как немцы потеряли один бронированный автомобиль. Немцы были впечатлены успешными действиями румын, объединявших в ходе своих атак бронеавтомобили и кавалерию. Использование бронированных автомобилей особо подчеркивалось в послевоенной немецкой тактике.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1812. Всё было не так!
1812. Всё было не так!

«Нигде так не врут, как на войне…» – история Наполеонова нашествия еще раз подтвердила эту старую истину: ни одна другая трагедия не была настолько мифологизирована, приукрашена, переписана набело, как Отечественная война 1812 года. Можно ли вообще величать ее Отечественной? Было ли нападение Бонапарта «вероломным», как пыталась доказать наша пропаганда? Собирался ли он «завоевать» и «поработить» Россию – и почему его столь часто встречали как освободителя? Есть ли основания считать Бородинское сражение не то что победой, но хотя бы «ничьей» и почему в обороне на укрепленных позициях мы потеряли гораздо больше людей, чем атакующие французы, хотя, по всем законам войны, должно быть наоборот? Кто на самом деле сжег Москву и стоит ли верить рассказам о французских «грабежах», «бесчинствах» и «зверствах»? Против кого была обращена «дубина народной войны» и кому принадлежат лавры лучших партизан Европы? Правда ли, что русская армия «сломала хребет» Наполеону, и по чьей вине он вырвался из смертельного капкана на Березине, затянув войну еще на полтора долгих и кровавых года? Отвечая на самые «неудобные», запретные и скандальные вопросы, эта сенсационная книга убедительно доказывает: ВСЁ БЫЛО НЕ ТАК!

Георгий Суданов

Военное дело / История / Политика / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное