За последние 30 лет валовый внутренний продукт (ВВП) на душу населения в мире удвоился, миллиард людей вышел из нищеты. Раньше, когда капитализму было некуда расширяться, он выхватывал из некапиталистической зоны какую-то территорию и превращал её в колонию. В 90-х капиталистический мир разграблял гигантское советское наследие, превратив его в источник ресурсов и рынки сбыта товаров потребления. В 2000х после подрыва башен, прикрытых столкновением с самолётом, началась эпоха борьбы с терроризмом, а на самом деле — эпоха ограничения прав и свобод, создания инфраструктуры цифрового контроля — камер слежения, соцсетей, цифровых платформ, экосистем. После финансового кризиса 2008 года противоречия, порождённые несоответствием запасов сырья, средств производства, объёма товаров, услуг и раздутой массы ничем не обеспеченных денег, залили триллионами ещё более необеспеченных денег.

Отсрочками накопившиеся проблемы никогда не решаются. К 2019 году капитализму стало некуда расширяться. Не стало больше некапиталистических территорий, за счёт которых развитые страны могли бы увеличивать своё благосостояние. Разрыв между финансовым (ничего не производящим) и промышленным капиталами стал огромным, а биржевой рынок — непомерно раздутым, ведь на него уходили все финансовые излишки.

Стал очевиден предел потребления. США с четырьмя процентами мирового населения потребляли почти сорок процентов мирового ВВП. Через Голливуд, СМИ и социальные сети это потребление рекламировали остальным странам. Однако обеспечить подобный уровень потребления всему миру невозможно. Ресурсов надолго хватает лишь на миллиард, значит, необходимо сокращать потребление, которое так долго раздували.

После развала СССР глобализация стала формой доминирования США над остальным миром. Однако «свято место пусто не бывает»: вместо СССР появился Китай, нарастил производство, экономику и стал глобальным игроком — конкурентом США.

За счёт таких наднациональных организаций, как МВФ, НАТО, ООН, ВОЗ, ВТО и им подобных, сильно уменьшилась роль национальных государств. Миром, в том числе США, частично стали править не государства, а транснациональные корпорации (ТНК). Капитализация некоторых из них стала выше ВВП большинства стран, а их охват стал измеряться миллиардами пользователей, которым указывают, как жить, что выбирать, за кого голосовать и какую позицию высказывать. ТНК фактически стали подменять государственные институты.

Сдерживание технологий 6-го уклада (нано-, био-, робото-) стало уже невозможным. Их сдерживали, пока цифровые и социальные платформы опутывали планету. Основную прибыль от новых технологий получали несколько IТ-гигантов, ТНК и связанные с ними менее одного процента населения. Главной задачей бизнеса, в том числе ТНК, является максимизация прибыли. Люди — особенно высокооплачиваемые белые люди в США, Канаде, Европе, Австралии и Японии — стали большой статьёй расходов. Автоматизация и роботизация в ближайшие годы приведут к тому, что большинство этих людей будут ненужными. В развитых странах количество пенсионеров — уже слишком большая нагрузка на бюджеты, а в неразвитых наблюдается сильный рост населения, которое нечем занять.

В итоге: мир стал жить слишком праздно, энергии и ресурсов на всех не хватает, деньги стали необеспеченными, выросло напряжение между «золотым миллиардом» и другими, становящимися всё менее нужными. Вот и финал глобального капитализма.

Раньше подобные противоречия разрешались масштабной войной. Война — инструмент передела сфер влияния, доступа к ресурсам и каналам их транспортировки. Все иные объяснения войны — лишь попытка красиво прикрыть истинные цели. Однако ядерное оружие сделало полномасштабную войну невозможной. Если раньше элиты, сами оставаясь в безопасности, посылали «простой люд» убивать друг друга, то при ядерной войне они пострадают вместе с народом, и выиграть в такой войне крайне сложно.

Великое обнуление

Как элите сохранить своё положение, если ресурсов для прежнего уровня потребления на всех не хватает? Новые технологии ведут к смене элит, поэтому старые элиты будут зубами держаться за старые технологии и любыми, в том числе самыми негуманными способами блокировать появление новых. А если держаться за старые технологии, то необходимо сокращать мировое потребление и население, параллельно ослаблять конкурентов-промышленников и всё, что может перестроить мир, создавая хаос и разрушения по всей планете.

Генеральный директор российского института системно-стратегического анализа Андрей Фурсов приводит в пример цели мировой финансовой элиты (финансистов) и транснациональных корпораций (ТНК), указанные в документе от 2018 года:

Введение углеводородных рейтингов для государств и компании — по сути ликвидация производств.