Читаем Книга магии полностью

– Такой, что испытал на себе Невыносимую чесотку по Лагвайлеру и не хочет повторения. К тому же Шимпазл меня забавляет.

– А меня бы позабавило пощекотать его.

– Он умрет со смеху, вот увидишь.

Внезапно на столик упала тень. Лирианна подняла глаза. Над ними нависал тот самый мрачный некромант.

– Уже лет триста, как я не играл в бросалу, – распевно произнес он замогильным голосом. – Можно присоединиться?

* * *

У Великого Шимпазла мутило в желудке. Вероятно, виной тому был мясной пирог, богатый хрящами и нутряным салом. Или твкшки, съеденные в лесу. Вкусные крошки, но вечно плохо перевариваются. Что, если они еще живы и глупо тычут в него своими маленькими копьями?

Зря он не ограничился десятком, но стоит начать – не остановишься. Ну подумаешь, еще один, а там и еще. А вдруг их копья отравлены? Такая мысль как-то в голову не приходила. Брр.

И трактир этот не лучше. Эх, надо было прислушаться к пунеру. Ну ровным счетом ничего хорошего, разве что конопатенькая, что присоединилась к игре в бросалу. Шляпу он уже выиграл. Скоро за ней последуют сапоги, а потом и чулочки. Вот разбредутся другие постояльцы по спальням, и он возьмется за нее по-настоящему. Рокалло явно слишком глуп и мягкотел, так что вмешиваться не станет. Как только Лирианна проиграет всю одежду, ей не останется ничего другого, как поставить на кон себя, а там он захомутает ее в повозку на расстоянии вытянутой руки от Полимамфо. Пусть пунер побегает за девчонкой, глядишь, своими волосатыми ногами быстрее перебирать станет. Может, даже и кнут больше не понадобится.

Отхожее место оказалось тесным и вонючим. Ни тебе сиденья, ни прочих удобств – только неровная дыра в полу. Спустив бриджи до лодыжек, Шимпазл сел на карачки и, кряхтя, опорожнился. Сие действо всегда относилось для него к неприятным, ибо было сопряжено с опасностью разбудить жившего в стыдном месте бесенка, чьим вторым по излюбленности развлечением были безжалостные насмешки над мужским достоинством Шимпазла. Что до первого излюбленного развлечения, Шимпазл предпочитал о нем вообще не думать.

На этот раз обошлось, но в общем зале трактира поджидало худшее испытание. Пока он отсутствовал, к ним за столик подсел тот страшенный верзила маг. Вдоволь наобщавшись с великими волшебниками, Шимпазл больше такого общения не хотел. Своим нынешним обликом он был обязан недоразумению с одним из оных, возникшему, когда их пути случайно пересеклись, а говорливого бесенка в штанах оставила в качестве памятного подарка ведьма по имени Элууна, чьей благосклонностью он наслаждался две недели еще в те времена, когда был молодым, стройным и привлекательным. Этому чародею в черном и алом недоставало очарования Элууны, но он мог обладать столь же взрывным нравом. Никогда не знаешь, какие мелкие оплошности и невинные ошибки волшебник примет за смертельное оскорбление.

Но делать нечего. Не бежать же в ночь? Такой выбор казался весьма опрометчивым. Ночь принадлежала гру, упырям и лейкоморфам, к тому же снаружи могли подстерегать твк. Итак, Шимпазл изобразил самую приятную улыбку и сел на прежнее место.

– Вижу, мы заполучили четвертого игрока, – причмокнул он. – Эй, трактирщик! Тащи сюда пиво для нашего нового друга! И чтобы живо, не то чирей на носу наколдую!

– Я Моллокс Меланхоличный, и я не пью пива.

– Вы, я вижу, колдовского роду-племени. Собственно, я тоже. Много ли у вас заклинаний в запасе?

– Не твое дело, – осадил его Моллокс.

– Ну вот! Я ведь просто полюбопытствовал, как собрат по ремеслу. Лично у меня шесть мощных заклинаний, девять послабее и всяческая мелочовка. – Шимпазл потусовал карты. – Мой сандестин ждет снаружи. Я заколдовал его под обычного пунера и привязал к повозке, но стоит приказать, и он умчит меня в небо. Но только давайте без чар, а? За этим столом царит госпожа Удача, так что не будем мешать ей заклинаниями. – С этими словами он бросил на середину стола золотой центум. – Так, давайте, давайте, ставьте! Блеск призового золота придает бросале дополнительный смак!

– Твоя правда. – Князь Рокалло положил свой центум на монету Шимпазла.

Лирианна смогла лишь надуть губки (что у нее вышло просто очаровательно).

– У меня нет золота, и я хочу свою шляпу обратно.

– Раз так, придется поставить на кон сапоги.

– Вот как? Ладно!

Великий маг ничего не сказал. Вместо того чтобы полезть в кошель за монетой, он трижды стукнул своим черным посохом об пол и прочитал мелкое заклинание, что рассеивало всякий морок. Центум Шимпазла тут же превратился в толстого белого паука и пополз прочь со стола на восьми волосатых лапках, а горка терциев перед шулером стайкой тараканов брызнула во все стороны.

Лирианна завизжала, князь фыркнул от смеха. Кое-как взяв себя в руки, Шимпазл поднялся с кресла.

– Посмотри, что ты наделал! – Его одутловатые щеки дрожали. – Теперь с тебя золотой центум.

– Еще чего не хватало! – разозлился Моллокс. – Да ты сам пытался нас провести дешевой обманкой. Неужели ты и вправду верил, что такие жалкие уловки укроются от Моллокса Меланхоличного?