Читаем Клэй Эдисон 1-5 полностью

«Я прошу вас, пожалуйста, рассмотреть другую точку зрения. Что бы ни произошло между ней и ими в прошлом — и я не оправдываю этого — она их ребенок. Они имеют право знать. Как они отреагируют, это их дело».

Диди Флинн продолжала с отвращением качать головой.

«Подумайте, если бы это был ваш ребенок», — сказал я.

Она сказала: «Я бы никогда не стала так обращаться со своим ребенком».

Алло? — сказала Никки. Кто-нибудь?

Я нажала кнопку вызова. «Иду». Диди: «Слушай, ты не против, если мы остановимся на минутку?»

Она пожала плечами.

Я дала ей свою визитку. «Пожалуйста, оставайтесь здесь. Для Жасмин. Я скоро вернусь, ладно?»

«Да, хорошо».

На полпути через перекресток я понял, что забыл взять ее контактную информацию. Такая вот была ночь.

Я поспешил вернуться к записи, но она исчезла.

4:23 утра

Двое детективов из Окленда были Фон Руден и Бишофф. Фон Руден был лосем, из его карманов вываливались недоеденные булочки Tums, когда он брал интервью у посетителя вечеринки. Мне нужен был Бишофф: он был зацепкой по делу Жасмин. Я закончил помогать Никки грузить первого GSW на каталку, затем пошел его искать.

Нигде не видно. Я спросил сержанта патруля, который предупредил меня, что детектив Бишофф может быть занят в обозримом будущем, разбираясь с последней жертвой, в 1124 Алмонд.

«Это ребенок», — сказал сержант патрульной службы.

Я ударил по воздуху. «Блядь».

«Угу».

«Что за фигня. В доме?»

«Наверное, поймал бродячую собаку. В подвальном окне дыра». Он сделал круг большим и указательным пальцами.

«Я не понимаю, — сказал я. — Почему мы узнаем об этом только сейчас?»

Патрульный сержант покачал головой. Его звали Эдди Акоста. Аккуратные, короткие, подстриженные волосы и нос боксера. «Они живут там внизу в двух крошечных комнатах, он и мать. Он на раскладушке у холодильника. Она слышала выстрелы, но не заглядывала к нему. Она не хотела его будить».

С этой точки зрения это не звучало так уж безумно. Вы жили здесь, вы слышали выстрелы.

«В какой-то момент она замечает», — Акоста поковылял в сторону толпы полицейских и машин. «Она нервничает, идет проверять. Шесть лет».

«Ради Бога».

«Угу».

На тротуаре перед домом 1124 жилец первого этажа давал показания полицейскому. Матери там не было. Ее увезли с места преступления на патрульной машине к родственникам, где она могла в частном порядке покопаться в глубинах своего сознания.

Если бы она проверила его раньше.

Если бы она уложила его спать в другом месте.

Если бы она нашла другое место жительства.

Я спросил: «Сколько, черт возьми, было сделано выстрелов?»

Акоста сказал: «Хрен знает. Двенадцать? Пятнадцать? Настоящее чудо в том, что у нас больше нет трупов. Эти придурки стреляют в толпу людей с расстояния в пять футов».

«Невероятно», — сказал я.

Акоста скорчил рожицу. Для него это было совершенно правдоподобно. «Добро пожаловать на Дикий Запад».

«А что насчет жертв, которых они увезли в Хайленд?»

«Один парень получил оцарапывание ноги. Он в порядке. У другого выстрел в живот».

Моя рука инстинктивно потянулась к собственному туловищу, и я заметил, что на мне нет жилета. Я оделся в спешке. Я надеялся, что Эми не заметит его висящим в шкафу. Она будет в ярости.

«Я ничего не слышал», — сказал Акоста, — «поэтому предполагаю, что он все еще жив.

Хотя, черт его знает. Ночь еще не началась».

Я спросил о водителе автомобиля, сбившего Жасмин Гомес.

Он пролистал свой блокнот. «Имя Мередит Клаар. Она в центре города».

«Свидетельница, с которой я разговаривал, сказала, что остановила машину, как только поняла, что происходит».

«У меня тоже сложилось впечатление. Мне она показалась отвратительной».

«Беспорядок в смысле расстройства или опьянения?»

«Я сам с ней не разговаривал. Я думаю, что у нее отрицательный результат теста на алкоголь, но, возможно, это не так». Акоста взглянул на дом для вечеринок. «Я предполагаю, что имело место какое-то рекреационное использование контролируемых веществ».

Сержант.

На другом конце квартала нам махал рукой человек в форме.

Акоста вздохнул. Сказал ему в плечо. «Уже в пути».

—

Водительские права ЖАСМИН ГОМЕС в Калифорнии гласили: рост пять футов шесть дюймов, вес сто двенадцать фунтов; каштановые волосы и карие глаза. Родилась 19 апреля 1995 года. Адрес Беркли. Пол был указан как F, что означало, что независимо от внешних гениталий, она юридически была женщиной. Это то, что будет указано в ее свидетельстве о смерти.

Они ее ненавидели.

Они превратили ее жизнь в ад.

Мы ее семья.

Моффетт подошел посмотреть. «Это она?»

Я протянул ему лицензию, размытую сквозь два слоя прозрачного пластика — пакет с застежкой-молнией внутри пакета для улик. «Я жду детектива, прежде чем удалю.

Он занят покойным в одиннадцать двадцать четыре».

Он кивнул. «Мы с Никки возьмем GSW и поедем обратно. Я говорил с Шупс. Она будет примерно в шестидесяти минутах. Она заскочит в офис и заберет другой фургон».

Проще, оглядываясь назад, было бы для нас использовать рефрижератор; теперь нам пришлось играть в музыкальные машины. Когда поступил первый вызов, не было никакого способа узнать, сколько тел мы получим в итоге.