Читаем Китай полностью

Еще она продемонстрировала, как надо приподнимать девочку и с размаху ставить на узкий деревянный брусок, лежащий на земле, – полезное упражнение, которое помогает сломать своды ступней. Время от времени ей приходилось упрекать Мэйлин за то, что та плакала, когда Яркая Луна кричала, потому что слезы матери дочери не помогут.

– А когда я перестану носить бинты? – спросила однажды Яркая Луна.

– Никогда, моя дорогая, – ответила Бинтовальщица. – Всегда придется носить небольшую повязку, чтобы удержать все на своих местах.

Она ушла солнечным утром, пообещав вернуться через месяц.


Около полудня того же дня погода изменилась. Серые тучи, цеплявшиеся за края тумана, надвигались в долину с берега. Тусклая влажность окутала деревню. Яркая Луна чувствовала себя подавленной. Матушка сидела в комнате с закрытыми глазами.

Мэйлин вышла из ворот и посмотрела на пруд. Вода была серая, как небо. Камыши у берега поникли, не исключено, что от скуки. Стая уток у опоры моста не издавала ни звука.

Она простояла так четверть часа, и тут из-за деревьев на другом берегу пруда у моста появилась одинокая фигура. Человек остановился, словно бы решая, стоит ли ему ступить на мост, поэтому Мэйлин предположила, что это не кто-то из односельчан. Она собиралась было крикнуть, что дерево гнилое и идти по мосту небезопасно, когда человек, видимо, пришел к тому же выводу и исчез в роще. Мэйлин лениво размышляла, кто этот незнакомец. Поскольку тропа вела в одну сторону в деревенский проулок, а в другую – в поля далеко за домом, она не ожидала увидеть этого человека снова.

Она была застигнута врасплох, когда через пять минут человек вынырнул из-за сарая и направился к ней. И тут Мэйлин вдруг поняла, что это ее младший сын.

– Мам!

Он немного вытянулся, стал более мускулистым, превратился за время своего отсутствия в крепыша. За спиной у сына болтался мешок, в руке он держал палку. При виде матери он не улыбнулся, да и вообще выглядел очень усталым.

– Ты вернулся! – крикнула она. Как он мог уже вернуться? – Вы приехали из Америки?

– Да.

– А отец где?

Сердце замерло, поскольку ответ она угадала еще до того, как сын его озвучил:

– Отец умер.

Рассказав матери, что произошло, он заявил, что ему просто необходимо лечь, и сразу же уснул крепким сном.


Первым делом Мэйлин сообщила Матушке, попросила ее оповестить остальных и убедиться, что никто не потревожит ее спящего сына.

– Мы узнаем всю историю, когда он завтра проснется, – пообещала она.

Но сначала, подумала Мэйлин, нужно как-то подготовить бедную доченьку. Она вошла к Яркой Луне, села на кровать и тихо сказала:

– Плохие новости. Произошел несчастный случай. Папа погиб в Америке.

Некоторое время девочка ничего не говорила, просто в шоке смотрела перед собой.

– Я рядом, малышка, и вся твоя семья, брат вернулся из Америки. Мы все здесь. Но папа не вернется. – Она обняла девочку.

– Я больше никогда его не увижу?

– Ты можешь думать о нем. Я уверена, он наблюдает за тобой.

Тогда Яркая Луна расплакалась, и Мэйлин вместе с ней, после чего пролежала с дочкой целый час, пока та не уснула.

Сама она долго потом не могла уснуть, вспоминая все то хорошее, что было в ее муже. Ей хотелось поговорить с ним хотя бы еще разок, чтобы попрощаться. И тут Мэйлин охватил гнев. Она злилась на Младшего Сына за то, что он бросил ее вот так. Подобные чувства живые часто испытывают по отношению к ушедшим.


Ее сын спал, и Мэйлин никому не позволяла его тревожить. Он проспал весь вечер, всю ночь до следующего утра. В полдень он проснулся. Мэйлин принесла ему немного еды и заставила пойти на долгую прогулку во второй половине дня. Только вечером он встретился с остальными членами семьи, собравшимися послушать его историю.

Во главе стола устроился Старший Сын. Было странно видеть его сидящим в кресле старого господина Луна с напускным важным видом. Пока ее муж был жив, Старший Сын знал: даже если он палец о палец не ударит, всегда есть кто-то, кто возьмет все на себя. Но теперь Младший Сын внезапно исчез. Пока сыновья Мэйлин не подросли, некому было стать главой семьи Лун. Возможно, Старший Сын все-таки собирался исполнить свой долг, хотя ей было интересно, на сколько хватит его решимости.

– Расскажи, как это случилось, – с серьезным видом велел Старший Сын.

– Это был несчастный случай, – объяснил его племянник. – Никто не виноват, правда. Укладка рельсов – тяжелая работа, но не сложная. Очень однообразная. Расчищаешь землю, заливаешь фундамент, устанавливаешь деревянные шпалы, а на них кладешь железные рельсы. Нужно быть осторожным, потому что дерево и железо тяжелые, но все это рутина, а мы знали, что делали. Все шло хорошо, пока мы не поднялись в горы.

– Что за горы?

– Горный хребет, который американцы называют Сьерра-Невада. Тянется параллельно берегу. Горы высокие, но железная дорога должна пересечь их и идти на восток. Работать на перевалах было опасно.

– Как он погиб?

Перейти на страницу:

Все книги серии The Big Book

Лед Бомбея
Лед Бомбея

Своим романом «Лед Бомбея» Лесли Форбс прогремела на весь мир. Разошедшаяся тиражом более 2 миллионов экземпляров и переведенная на многие языки, эта книга, которую сравнивали с «Маятником Фуко» Умберто Эко и «Смиллой и ее чувством снега» Питера Хега, задала новый эталон жанра «интеллектуальный триллер». Тележурналистка Би-би-си, в жилах которой течет индийско-шотландская кровь, приезжает на историческую родину. В путь ее позвало письмо сводной сестры, вышедшей когда-то замуж за известного индийского режиссера; та подозревает, что он причастен к смерти своей первой жены. И вот Розалинда Бенгали оказывается в Бомбее - средоточии кинематографической жизни, городе, где даже таксисты сыплют киноцитатами и могут с легкостью перечислить десять классических сцен погони. Где преступления, инцест и проституция соседствуют с древними сектами. Где с ужасом ждут надвигающегося тропического муссона - и с не меньшим ужасом наблюдают за потрясающей мегаполис чередой таинственных убийств. В Болливуде, среди блеска и нищеты, снимают шекспировскую «Бурю», а на Бомбей надвигается буря настоящая. И не укрыться от нее никому!

Лесли Форбс

Детективы / Триллер / Триллеры
19-я жена
19-я жена

Двадцатилетний Джордан Скотт, шесть лет назад изгнанный из дома в Месадейле, штат Юта, и живущий своей жизнью в Калифорнии, вдруг натыкается в Сети на газетное сообщение: его отец убит, застрелен в своем кабинете, когда сидел в интернет-чате, а по подозрению в убийстве арестована мать Джордана — девятнадцатая жена убитого. Ведь тот принадлежал к секте Первых — отколовшейся от мормонов в конце XIX века, когда «святые последних дней» отказались от практики многоженства. Джордан бросает свою калифорнийскую работу, едет в Месадейл и, навестив мать в тюрьме, понимает: она невиновна, ее подставили — вероятно, кто-то из других жен. Теперь он твердо намерен вычислить настоящего убийцу — что не так-то просто в городке, контролирующемся Первыми сверху донизу. Его приключения и злоключения чередуются с главами воспоминаний другой девятнадцатой жены — Энн Элизы Янг, беглой супруги Бригама Янга, второго президента Церкви Иисуса Христа Святых последних дней; Энн Элиза посвятила жизнь разоблачению многоженства, добралась до сената США и самого генерала Гранта…Впервые на русском.

Дэвид Эберсхоф

Детективы / Проза / Историческая проза / Прочие Детективы
Запретное видео доктора Сеймура
Запретное видео доктора Сеймура

Эта книга — про страсть. Про, возможно, самую сладкую и самую запретную страсть. Страсть тайно подглядывать за жизнью РґСЂСѓРіРёС… людей. К известному писателю РїСЂРёС…РѕРґРёС' вдова доктора Алекса Сеймура. Недавняя гибель ее мужа вызвала сенсацию, она и ее дети страдают РѕС' преследования репортеров, РѕС' бесцеремонного вторжения в РёС… жизнь. Автору поручается написать книгу, в которой он рассказал Р±С‹ правду и восстановил доброе имя РїРѕРєРѕР№ного; он получает доступ к материалам полицейского расследования, вдобавок Саманта соглашается дать ему серию интервью и предоставляет в его пользование все видеозаписи, сделанные Алексом Сеймуром. Ведь тот втайне РѕС' близких установил дома следящую аппаратуру (и втайне РѕС' коллег — в клинике). Зачем ему это понадобилось? Не было ли в скандальных домыслах газетчиков крупицы правды? Р

Тим Лотт

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Книга Балтиморов
Книга Балтиморов

После «Правды о деле Гарри Квеберта», выдержавшей тираж в несколько миллионов и принесшей автору Гран-при Французской академии и Гонкуровскую премию лицеистов, новый роман тридцатилетнего швейцарца Жоэля Диккера сразу занял верхние строчки в рейтингах продаж. В «Книге Балтиморов» Диккер вновь выводит на сцену героя своего нашумевшего бестселлера — молодого писателя Маркуса Гольдмана. В этой семейной саге с почти детективным сюжетом Маркус расследует тайны близких ему людей. С детства его восхищала богатая и успешная ветвь семейства Гольдманов из Балтимора. Сам он принадлежал к более скромным Гольдманам из Монклера, но подростком каждый год проводил каникулы в доме своего дяди, знаменитого балтиморского адвоката, вместе с двумя кузенами и девушкой, в которую все три мальчика были без памяти влюблены. Будущее виделось им в розовом свете, однако завязка страшной драмы была заложена в их историю с самого начала.

Жоэль Диккер

Детективы / Триллер / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы
Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Рустам Карапетьян , Кэти Тайерс , Иван Чебан , Дмитрий Громов

Проза / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Современная проза / Cтихи, поэзия