Читаем Канун трагедии полностью

Во время встречи Молотов позвонил Сталину, который че­рез 10 минут присоединился к переговорам и также заявил о желательности улучшения советско-японских отношений.

Мацуока начал развивать совершенно фантастическую идею о "моральном японском коммунизме", противостоящем англосаксонской традиции капитализма и индивидуализма.

Необходимо, по его словам, уничтожить англосаксов и именно для этого и был создан пакт трех держав. Касаясь войны с Ки­таем, Мацуока говорил, что Чан Кайши является слугой англо­саксонских капиталистов, поэтому Япония ведет с ним борьбу. Сталин уклонился от дискуссии о так называемом моральном коммунизме, но заметил, что какова бы ни была идеология в Японии или в СССР, она не может помешать практическому сближению обеих стран. Что же касается англосаксов, то "рус­ские не были их друзьями и не намерены дружить с ними и сей­час"¹³.

Но главные события произошли после поездки Мацуока в Берлин и Рим, когда он несколько дней пребывал в Москве. 12 апреля с ним встретился Сталин. Еще во время первой встре­чи с Молотовым в Москве Мацуока предложил в срочном по­рядке подписать пакт о нейтралитете без всяких условий. Ранее Молотов не поддерживал эту идею. Теперь Мацуока говорил Сталину, покидая Москву: "Сожалею, что пакт не подписан"¹⁴.

Предлагая подписать пакт, японские руководящие круги хотели действительно освободить себе руки для войны на юге. Из японских документов известно, что незадолго до этого пра­вительство Японии, видимо, осведомленное о германских пла­нах нападения на СССР, приняло решение сосредоточиться на войне с Англией и США в районе Азии и Дальнего Востока и не втягиваться в войну с Советским Союзом. Вероятно, оно хоте­ло до германской атаки против СССР сделать для Берлина яс­ным свое решение. В то же время в Токио пришли к выводу, что целесообразно оставить все спорные вопросы советско-япон­ских отношений до будущих времен и зафиксировать это в письмах Японии и Советского Союза.

Далее Мацуока и Сталин изложили свои позиции, которые, представляют значительный интерес в контексте их общей оценки международной ситуации. Особого внимания заслужи­вает позиция Сталина.

Прежде всего Мацуока подчеркнул, что наличие у Японии союзного договора с Германией не означает, что она должна связывать руки СССР. Наоборот, в случае каких-либо осложне­ний Япония могла бы посредничать между СССР и Германией. Он вновь упомянул возможность для СССР выйти через Индию к водам Индийского океана и даже предложил СССР захватить город-порт Карачи. По словам японского министра, также на­строена и Германия. Затем министр опять говорил о "мораль­ном коммунизме", о борьбе с англосаксонским опытом Чан-Кайши и т.п.¹⁵

В ответ Сталин откровенно напомнил предложение Моло­това в Берлине о том, что СССР был бы готов присоединиться к пакту трех, превратив его в пакт четырех. Но Гитлер не согла­сился, сказав, что Германия в военной помощи пока не нужда­ется. Теперь, по словам Сталина, только в том случае, если дела в Германии и Японии пойдут плохо, можно поставить вопрос о пакте четырех. Поддержав идею улучшения отношений между Японией и СССР, он неожиданно в явном противоречии с не­давним заявлением Молотова поддержал идею пакта о нейтра­литете¹⁶. Были урегулированы остающиеся спорные моменты, согласованы идея декларации о Манчжоу-Го и о Монголии, а также вопрос об обмене письмами по поводу концессий на Северном Сахалине. При этом Сталин и Мацуока обменялись довольно едкими репликами о продаже Северного Сахалина. Все вопросы о пакте были решены.

В заключение Мацуока, повторяя слова Гитлера, снова заго­ворил о выгодах выхода СССР через Индию к теплому морю, на что Япония была бы не только согласна, но и помогла бы "уго­ворить" индусов. Сталин в ответ откровенно заметил, что полу­чение Японией запрашиваемой территории даст ей спокойст­вие, а СССР придется вести войну в Индии¹⁷.

На следующий день пакт о нейтралитете между СССР и Японией был подписан (Молотовым и Мацуока) с добавлением короткой декларации, состоялся обмен письмами¹⁸.

На встрече с Молотовым 14 мая Татекава заговорил о слу­хах об ухудшении советско-германских отношений. Но Моло­тов, не вдаваясь в подробную дискуссию, опроверг сообщения о концентрации 100 с лишним советских дивизий и нескольких десятков немецких по обе стороны границы¹⁹. А на последую­щей встрече они обсуждали вопросы подготовки рыболовного и торгового соглашений²⁰.

Теперь мы можем вернуться к вопросу о намерениях совет­ского руководства, причинах внезапной перемены его позиции и согласия на пакт о нейтралитете с Японией. Г. Городецкий, как уже отмечалось, объяснял это попытками Москвы возобновить диалог с Гитлером и присоединиться к тройственному пакту, действуя на этот раз через Японию. Посол Англии Ст. Криппс называет другую причину, подхваченную многими исследовате­лями: Москва пошла на заключение пакта, чтобы обезопасить свою границу на Востоке в свете угрозы войны на Западе.

Оценивая пакт о нейтралитете в контексте позиции и Япо­нии и СССР, выскажем следующие предположения.