Читаем Изгнанники полностью

Самой большой проблемой Соломина было "что делать?". Точнее, что делать с пленными? Пять сотен полностью деморализованных японцев плюс пленные люди Дюбуа – всю эту ораву надо было кормить, размещать, охранять. Соломину этим заниматься совершенно не хотелось. Еще повезло, что японцы, очевидно, были свято уверены, что русские корабли идут с полными экипажами, и маленькая призовая команда – признак уверенности в собственных силах. Ужас от того, что на них в любой момент посыплются сотни вооруженных до зубов русских десантников, про которых рассказывали непослушным детям страшные сказки, и которых вполне заслуженно боялись, сковал их действия и убил всякую мысль о сопротивлении. Однако как-то избавляться от пленных надо было обязательно. Не выбрасывать же их за борт? Хотя, надо сказать, эта мысль показалась капитану Соломину весьма интересной, перспективной и заслуживающей внимания.

Тем не менее, обошлось без смертоубийства, и основную роль в этом сыграло слово, данное капитаном французу. Обещал высадить на обитаемую планету – значит, придется высаживать в любом случае. Ну и японцев тоже заодно. Правда, он не сказал, кем будет населена планета, так что можно, например, высадить их всех в мир, населенный гигантскими саблезубыми кроликами. Это, кстати, не шутка – примитивная разумная раса, имеющая как раз такой внешний вид, имелась, однако Соломин, подумав, решил на такие крайности не идти, поэтому пленные были высажены на планету, колонизированную в незапамятные времена чехами. Со временем выяснилась полная бесперспективность этой колонии, к тому же чехам внезапно стало не до нее – их самих активно поглощала Польша. Потом исчезла и Польша, а колония, населенная немногочисленными упрямыми фермерами, осталась, бултыхаясь на самой границе дикого космоса. Ей никто не интересовался, корабли туда залетали не чаще, чем раз в десятилетие, поэтому Соломин решил, что стоит, пожалуй, малость разнообразить генофонд местных жителей. Эскадра чуть изменила курс и, потеряв около двух суток, отделалась, наконец, от лишних ртов.

Следующим этапом был бросок к базе, занявший намного больше времени, чем планировалось – трофейный корабль связывал русские корабли по рукам и ногам. Все-таки скорость его оставляла желать лучшего, а напрягать двигатели лишний раз не хотелось – экипаж "Идзумо" был малочисленным и, вдобавок, плохо знакомый с оборудованием своего корабля.

Впрочем, вели трофей не до самой станции. Соломин ни на секунду не забывал, что возле нее все еще бултыхается корабль дона Мигеля, и не собирался посвящать случайного союзника в свои секреты, поэтому пришлось сделать еще один крюк, замаскировав японский корабль на орбите газового гиганта в мертвой системе неподалеку от нынешнего места дислокации базы. Точнее, не совсем на орбите – у газового гиганта, как и у практически всех ему подобных, было с десяток спутников. На одном из них, мертвой каменной глыбе размером с Луну, и оставили "Идзумо", посадив его в кратер потухшего миллионы лет назад вулкана. Будь это планета земного типа, с атмосферой и приличным тяготением, такой маневр был бы для корабля японской постройки невыполним, а так – ничего, нормально. Искать его теперь можно было хоть до второго пришествия и, не зная, где он точно находится, не иметь никаких шансов обнаружить. Поле застывшей лавы с высоким содержанием железа, а также огромный массив скал вокруг надежно защищали корабль от нескромного внимания большей части радаров. Оставалось только провести консервацию, что в космосе было не так уж и сложно.

Кстати, по поводу "Идзумо" у Соломина был большой спор со старшими офицерами. Те вполне понимали, почему надо догнать и уничтожить японские корабли – оставлять свидетелей и впрямь не стоило. Однако зачем захватывать крейсер? Продать его невозможно – не потому, что не купят, как раз купят, с руками оторвут. Однако стоит крейсеру где-то всплыть – и конец тайне. Пройти по цепочке несложно, а японцев в непрофессионализме обвинить сложно, и, получается, за что боролись? С другой стороны, для этого корабля не было ни людей, чтобы сформировать экипаж, ни специалистов, которые смогли бы грамотно справиться с его ремонтом и обслуживанием. Одно дело развернуть башню, совсем другое – отремонтировать и настроить гравитационный дальномер архаичной конструкции с инструкцией, написанной иероглифами. Опять же, запчастей не найти, на русские орудия не перевооружить, равно как и нормальные двигатели не поставить. Словом, не прибыль, а сплошная проблема.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пространство
Пространство

Дэниел Абрахам — американский фантаст, родился в городе Альбукерке, крупнейшем городе штата Нью-Мехико. Получил биологическое образование в Университете Нью-Мексико. После окончания в течение десяти лет Абрахам работал в службе технической поддержки. «Mixing Rebecca» стал первым рассказом, который молодому автору удалось продать в 1996 году. После этого его рассказы стали частыми гостями журналов и антологий. На Абрахама обратил внимание Джордж Р.Р. Мартин, который также проживает в штате Нью-Мексико, несколько раз они работали в соавторстве. Так в 2004 году вышла их совместная повесть «Shadow Twin» (в качестве третьего соавтора к ним присоединился никто иной как Гарднер Дозуа). Это повесть в 2008 году была переработана в роман «Hunter's Run». Среди других заметных произведений автора — повести «Flat Diane» (2004), которая была номинирована на премию Небьюла, и получила премию Международной Гильдии Ужасов, и «The Cambist and Lord Iron: a Fairytale of Economics» номинированная на премию Хьюго в 2008 году. Настоящий успех к автору пришел после публикации первого романа пока незаконченной фэнтезийной тетралогии «The Long Price Quartet» — «Тень среди лета», который вышел в 2006 году и получил признание и критиков и читателей.Выдержки из интервью, опубликованном в журнале «Locus».«В 96, когда я жил в Нью-Йорке, я продал мой первый рассказ Энн Вандермеер (Ann VanderMeer) в журнал «The Silver Web». В то время я спал на кухонном полу у моих друзей. У Энн был прекрасный чуланчик с окном, я ставил компьютер на подоконник и писал «Mixing Rebecca». Это была история о патологически пугливой женщине-звукорежиссёре, искавшей человека, с которым можно было бы жить без тревоги, она хотела записывать все звуки их совместной жизни, а потом свети их в единую песню, которая была бы их жизнью.Несколькими годами позже я получил письмо по электронной почте от человека, который был звукорежессером, записавшим альбом «Rebecca Remix». Его имя было Дэниель Абрахам. Он хотел знать, не преследую ли я его, заимствуя названия из его работ. Это мне показалось пугающим совпадением. Момент, как в «Сумеречной зоне»....Джорджу (Р. Р. Мартину) и Гарднеру (Дозуа), по-видимому, нравилось то, что я делал на Кларионе, и они попросили меня принять участие в их общем проекте. Джордж пригласил меня на чудесный обед в «Санта Фи» (за который платил он) и сказал: «Дэниель, а что ты думаешь о сотрудничестве с двумя старыми толстыми парнями?»Они дали мне рукопись, которую они сделали, около 20 000 слов. Я вырезал треть и написал концовку — получилась как раз повесть. «Shadow Twin» была вначале опубликована в «Sci Fiction», затем ее перепечатали в «Asimov's» и антологии лучшее за год. Потом «Subterranean» выпустил ее отдельной книгой. Так мы продавали ее и продавали. Это была поистине бессмертная вещь!Когда мы работали над романной версией «Hunter's Run», для начала мы выбросили все. В повести были вещи, которые мы специально урезали, т.к. был ограничен объем. Теперь каждый работал над своими кусками текста. От других людей, которые работали в подобном соавторстве, я слышал, что обычно знаменитый писатель заставляет нескольких несчастных сукиных детей делать всю работу. Но ни в моем случае. Я надеюсь, что люди, которые будут читать эту книгу и говорить что-нибудь вроде «Что это за человек Дэниель Абрахам, и почему он испортил замечательную историю Джорджа Р. Р. Мартина», пойдут и прочитают мои собственные работы....Есть две игры: делать симпатичные вещи и продавать их. Стратегии для победы в них абсолютно различны. Если говорить в общих чертах, то первая напоминает шахматы. Ты сидишь за клавиатурой, ты принимаешь те решения, которые хочешь, структура может меняется как угодно — ты свободен в своем выборе. Тут нет везения. Это механика, это совершенство, и это останавливается в тот самый момент, когда ты заканчиваешь печатать. Затем наступает время продажи, и начинается игра на удачу.Все пишут фантастику сейчас — ведь ты можешь писать НФ, которая происходит в настоящем. Многие из авторов мэйнстрима осознали, что в этом направление можно работать и теперь успешно соперничают с фантастами на этом поле. Это замечательно. Но с фэнтези этот номер не пройдет, потому что она имеет другую динамику. Фэнтези — глубоко ностальгический жанр, а продажи ностальгии, в отличии от фантастики, не определяются степенью изменения технологического развития общества. Я думаю, интерес к фэнтези сохранится, ведь все мы нуждаемся в ностальгии».

Сергей Пятыгин , Дэниел Абрахам , Алекс Вав , Джеймс С. А. Кори

Приключения / Приключения для детей и подростков / Фантастика / Космическая фантастика / Научная Фантастика / Детские приключения