Читаем Избранные эссе полностью

Порнозвезда второго эшелона на стенде компании Arrow Video позирует в стрингах для фотографа, оседлав колено ожиревшего торговца сотовыми телефонами из пригорода Филадельфии. Парень с фотоаппаратом, на бейдже у которого написано «Привет» и что его зовут Шерм, называет актрису «деткой» и просит ее чуть-чуть сменить позу, чтобы «было лучше видно мохнатку внизу». Старлетка со стенда студии Elegant Angel с прикрепленными к спине полирезиновыми крыльями ест батончик «Милки Вэй» и расписывается на коробках с видеокассетами. Актер Стивен Сен-Круа стоит рядом со стендом студии Caballero Home Video и, ни к кому конкретно не обращаясь, говорит: «Вытащите меня отсюда, я жду не дождусь, когда смогу свалить»[383]. Во всех магазинах с порнофильмами очень характерно пахнет – смесь запахов дешевой магнитной пленки и дезинфектанта, – и бывший гараж «Сэндс» провонял ими до небес. По проходу грациозными стайками двигаются азиатские бизнесмены, предельно вежливые и бодрые. На стенде студии Sin City молодой парень в цветастой футболке с Франкенштейном баллончиком рисует на груди у актрисы мультяшные языки пламени. Груди у актрисы – она какая-то неизвестная, даже Филт и Гекуба не знают ее имени – нормального размера, и вокруг не так уж много зрителей. Продюсер/режиссер Макс Хардкор привлекает гораздо более внушительную толпу к стенду студии MAXWORLD, где одна из девушек, сидя на корточках на барной стойке, мастурбирует рукоятью стека. На рекламных постерах студии изображен сам Макс, несущий на плече девушку в мини-шортах на фоне очертаний городов на горизонте; надпись внизу постера гласит: «Смотрите, как красивых девушек совращают в самой грязной манере! Смотрите на девушек, забрызганных спермой, они слишком тупые, чтобы заслуживать лучшего!» Если верить Гарольду Гекубе, Макс – тот еще субчик. Филт и порнопродюсер, целиком облаченный в шотландку клана Кэмпбеллов, курят сигары, то и дело поднося их одна к другой и сравнивая, у кого структура пепла чище. Сигары курят многие мужчины и даже некоторые женщины из индустрии. 1998-й – это определенно Год Сигары[384]. Все старлетки одеты или в крайне формальные коктейльные платья, или же в укороченные латексные/виниловые/лайкровые ансамбли. Каблуки у всех поголовно острые и сверхвысокие. На лицах некоторых столько слоев макияжа, что кажется, будто их забальзамировали. Прически, как правило, сложносочиненные с завивкой, которые очень хорошо выглядят с расстояния в шесть метров, но при ближайшем рассмотрении выглядят сухими и мертвыми. Некто – то ли актер Джефф Мартон, то ли режиссер фильмов в стиле Bizarro-Sleaze[385] Грегори Дарк – показывает хитроумные фокусы со своей фирменной федорой[386]. Кто бы он ни был, у него козлиная бородка. У Гарольда Гекубы тоже козлиная бородка, у Дика Филта скорее что-то вроде бородки-островка. Г. Г. и Д. Ф. давно работают журналистами в этой индустрии, они здесь со всеми знакомы, их постоянно останавливают, чтобы поговорить. (Эти задержки, во время которых ваши корреспонденты вроде как просто неловко стоят рядом и озираются, делая вид, что тоже кого-то знают и только ищут их в толпе, чтобы точно так же поймать за руку и поговорить, не входят в средние 132 минуты прохождения через Adult CES.) В этом году добрые семьдесят пять процентов мужчин в порноиндустрии – с различными вариантами козлиных бородок[387].

Рядом со стендом студии Outlaw Video старлетка в платье из золотого ламе с тонкими бретельками жует жвачку и выдувает большие синие пузыри, пока ее снимает на камеру фанат-инвалид, чьи камера и параболический микрофон прикручены к подлокотнику инвалидного кресла; актриса показывает ему татуировки на левой руке и, судя по всему, объясняет происхождение и контекст каждой из них. На многоярусном стенде Vivid Video[388] к мисс Тейлор Хейс выстроилась, возможно, самая длинная очередь за автографами и совместными фото во всем гараже «Сэндс». Тейлор – красотка из высшей лиги, выглядит как чуть потасканная Синди Кроуфорд, и свисающий с потолка над стендом Vivid огромный монитор показывает клип, где она в вызывающем наряде танцует в пара́х сухого льда. На полу возле кассы целая куча коробок с видеокассетами, а по правую руку от Тейлор – пока актриса приветствует каждого фаната так, словно он ее давно потерянный и вновь обретенный родcтвенник, – стоит верзила в козырьке и с ручным считывателем банковских карт. Дик Филт говорит, что Тейлор по-настоящему хороший человек и в то же время непревзойденный профессионал.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное