Читаем Избранное полностью

Избранное

Как возникает из невесть чегов квартире пыль, — без цели и без смысла,и ты вдруг замечаешь, что повислов углу сгустившееся вещество, —они, Бог знает из чего и как,собрались вдруг перед твоим приходоми были чем-то непонятным, сбродом,и подавали с нетерпеньем знактебе, быть может. Может быть, другим.И чей-то голос, как издалека,тебя приветствовал, на плач срываясь;и протянулась, как взаймы, рукаи спряталась, к твоей не прикасаясь.Кто должен к ним прийти? Кто нужен им?

Обмывание трупа

Они привыкли к этому. И тьмукогда вспугнула лампа в кухне тесной,им был безвестен этот неизвестный.И стали шею мыть они ему,как полагалось, и о чем попалоболтали за мытьем. Одна, в чепце,как раз тогда, когда она держаласырую губку на его лице,чихнула громко. И остолбенелавторая мойщица. И капли каждойбыл слышен стук, его рука белелаи, скрюченная, настоять хотела,что он теперь уже не мучим жаждой.Он настоял. И обе засмущалисьи, робко кашлянув, без промедленьявзялись за дело так, что заметалисьпо стенам их изломанные тени,как ненароком пойманные в трал, —и справились с работой окаянной.Ночь за окном неумолимо страннойбыла. И возлежал он, безымянный,опрятный, чистый, — и повелевал.

Одна из старух

Париж К ночи (вспомни сам) они стоят,строят глазки и свою улыбку,скроенную точно из заплат,расточают, впасть боясь в ошибку.И в барак, обшарпанный и длинный,жаждут заманить скорейшляпкой, и помятой пелериной,и паршой загадочной своей.Теребят, утаивая скуку,чтобы незаметней как-нибудьвдруг твою растерянную рукувзять и, как в газету, завернуть.

Слепой

Париж Видишь, город рассекает он,город, с ним играющий в пятнашки;темной трещинкой по белой чашкеон проходит. И запечатленсонм вещей, как на листе бумаги,на пустых невидящих зрачках.Он идет чутьем, при каждом шагеловит мир в отрывистых щелчках:угол, камень, пустота, забор —выжидает, скрыть не в силах муку:и, решившись, поднимает руку,с городом скрепляя договор.

Увядшая

Легко, после смерти как будто,носит перчатки она и платок.Шарм девического уютаиз комода давно утек;ей свою потерянность жалко,осталась совсем одна(чья-то родственница, приживалка?),задумчиво бродит онапо комнате боязливой,прибирает ее и блюдет,словно в давней поре счастливойона и поныне живет.

Ужин

Перейти на страницу:

Похожие книги