— Так давай найдем! — воскликнул Джек. — Ищи там, а я пойду сюда, и если кто обнаружит его, пусть крикнет.

Ничего не видя от дождя, они ринулись в самую гущу драки.

— Отходите! Отходите! Назад, к дороге! — орал Почоло в ухо каждому жандарму, с которым сталкивался.

Жандармы начали понемногу отступать, все еще нанося удары ремнями и дубинками.

— Сугод![125] — раздался клич среди активистов. — Они бегут!

Оскальзываясь на каждом шагу, обнаженные юноши напирали на цепь жандармов, размахивая палками и ножами. Джек неожиданно обнаружил, что перед ним их авангард. Он бросился назад, ловко увертываясь, иногда чуть не припадая к земле, а ножи сверкали над ним во тьме. Ему не хотелось отказываться от своей задачи, но и быть раненным — тоже. Ведь он обещал Чеденг доставить ее мальчика домой. Поэтому надо было уцелеть, увернуться от всех этих палок, от ножей, преследовавших жандармов с ремнями, дубинками и плетеными щитами. И тут он вдруг узнал голос, который кричал ему почти в лицо:

— Наверх, к пещере! В пещеру, ребята!

Это был голос Андре.

Прыгнув вперед, Джек обхватил руками мелькавшую перед ним фигуру, и они покатились в грязь.

— Андре, это я, Джек!

— Пустите меня! Пустите!

Но Джек уже сидел на животе у юноши, прижимая его руки к земле. Мимо них, пошатываясь, шли вперед наступавшие.

— Андре, послушай, пещеру снова объявили открытой. Останови своих!

— Нет! Мы пришли открыть пещеру, и мы ее откроем!

— Но это уже не нужно!

— Да? Их обманывали и раньше!

— Это не обман, Андре, это правда!

— Дайте мне встать!

— Только если ты прикажешь им остановиться!

— Нет!

Джек поднял голову и крикнул:

— Почоло! Почоло! Сюда! Я держу его! Сюда, Почоло!

— Ах ты, мать твою…

Юноша резко вывернулся, сбросив с себя Джека. Но Джек все еще держал его за руки, продолжая кричать:

— Почоло, сюда! Сюда, Почоло!

И тут откуда-то донесся голос Почоло:

— Джек? Где ты, Джек?

Андре отвел согнутую в колене ногу и ударил Джека в пах. Тот взвыл от боли.

— А, вот вы где! — услышали они опять голос Почоло, теперь уже над собой.

И вдруг Джек уловил совершенно новый звук, которого до сих пор не было в словаре урагана — как будто что-то вспороли, а потом продолжали рвать. В тот же момент он почувствовал, что земля под ним подалась и стала быстро — но не так быстро, как покатившиеся мимо камни, — скользить вниз.

Его несло вниз, несло вместе со всем склоном, который обрушился, как водопад.

В следующее мгновение, все еще сжимая запястье Андре, он очутился в быстро бегущей волне, а сверху на них сыпались земля, камни, щебень и орущие люди.

Приглушенно, словно издалека, донеслись крики:

— Обвал! Оползень!

Джек с головой ушел в воду и, задержав дыхание, тут же устремился наверх, выставив вперед свободную руку. Дна под ногами не было, его уносило от берега. Потом он почувствовал, что кто-то схватил его за кисть и потащил.

— Держись, Джек! Держись! — диким голосом завопил Почоло.

— У меня тут Андре! — крикнул Джек. — Он ранен, должно быть! Не шевелится!

— Тащи его, тащи! — надрывался Почоло.

Но тащить приходилось против течения, пальцы у Джека онемели, и он едва удерживал неподвижное тело юноши, которое уносило прочь. Почоло, распластавшись на камне, который выдавался далеко в реку, тоже боролся с течением, пытаясь вытянуть Джека.

— Андре! Андре! Андре! — кричал Джек, словно хотел голосом поднять юношу над водой, чтобы не дать потоку оторвать его. — Андре! Андре! — Он рыдал, всхлипывал, а дождь нещадно бил ему в лицо.

Почоло уже наполовину вытащил его из воды, когда юношу, которого Джек все еще держал за руку, ударило бревно.

— Андре! — в ужасе завопил он, почувствовав, что юношу уносит прочь.

— Джек, ты сошел с ума! — взвизгнул Почоло, когда тот оттолкнул его и бросился в стремнину.

В ту же секунду Почоло сам прыгнул в воду и успел обхватить Джека за талию. Бревно застряло ниже, у поворота реки, и остановило их. Почоло вытолкнул Джека на берег, затем вскарабкался вслед за ним.

— Андре! Андре! — рыдал Джек. — Мы должны найти его, должны!

— Его унесло, Джек, — сказал Почоло. — Мы ничего уже не сможем сделать.

При вспышке молнии они увидели, что берега просто нет — только вертикальная стена темноты, под которой они оба лежали, припав к земле. А перед ними, там, где раньше было подножие скалы, стремительно кружил водоворот, уже образовав небольшую бухточку.

Весь берег, вплоть до замощенной площадки наверху, обрушился, и теперь остатки его размывали волны и течение. Из тех, кого сбросило в реку, утонул лишь один — Андре Мансано. А из погребенных под оползнем погиб только мальчик Бенджи, которого мать хотела видеть инженером. Других быстро высвободило из-под завала потоками дождя, но бедный Бенджи в пещере попал в ловушку.

Он первым взобрался по склону, первым был у отворенных дверей, и как раз в ту минуту, когда он вбежал внутрь, начался оползень, захвативший с собой внешнюю пещеру и запечатавший обломками новый вход в нее.

Когда его откопали, мальчик лежал, обнаженный по пояс, у порога внутренней пещеры.

ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ

АРХИЕПИСКОП