Читаем Инферно полностью

Со временем станет легче. Теоретически, вскоре Лидвиллу придется обыскивать слишком большую территорию, и они смогут меньше торчать в укрытиях. Рут знала, что она слабое звено. Но Кэм сомневался, что им с Ньюкамом удастся тащить её, если она свалится от изнеможения или подцепит лихорадку. Юноша разделял её нетерпение, но важно было дать ей передохнуть, даже если это увеличивало риск. Однако Ньюкам только подстегивал спутницу, из самых лучших побуждений, а Рут была слишком упорной, чтобы сказать «нет». Значит, оберегать её предстояло Кэму.

— Что если мы найдём лодку? — предложил он. — Моторку. Почти каждый второй здесь был рыбаком или вроде того. Мы сможем пересечь озеро по прямой и даже подняться выше.

— Хм, — оборачиваясь, проворчал Ньюкам.

Кэм вслед за сержантом обвел взглядом полузатонувшие дома и горы мусора.

— Надо попробовать, — сказал он, поднимаясь на ноги.

Болела спина, шею и плечи покрывали муравьиные укусы, а в руке был защемлен нерв — и все же Кэм нагнулся, чтобы помочь Рут.

* * *

Беглецы вернулись к привычному ритму. Кэм шёл впереди, остальные цепочкой за ним — Рут в середине, Ньюкам замыкающий. Они двигались на юг, постепенно отклоняясь туда, откуда пришли, но уже не по шоссе.

Новый берег был ненадежным. Кое-где вода длинными пальцами вгрызалась в сушу, затапливая улицы. Вдобавок, постоянно попадались дома и изгороди. Путники собирались заглядывать во дворы и в сараи, но каждый участок превратился в ловушку, либо упиравшуюся в болото, либо заваленную мусором после наводнения. Несколько раз Кэм обходил целые поля паучьих сетей. Однажды он заметил муравьев. На все требовалось время. Им нужна была еда, и они осторожно зашли в один из домов. Здание выглядело нормальным, не считая полосы засохшей грязи, облепившей фундамент. Путники решили набрать бензина в несколько дополнительных канистр. Рут немедленно опустилась на землю. Ньюкам, остановившись у небольшой «хонды», стряхнул с плеч рюкзак.

— Ты в порядке? — спросил он.

Рут несколько раз кивнула, но Кэму хотелось бы взглянуть в лицо женщины, скрытое очками и маской. Её скрюченная поза ему не понравилась.

— Я совсем не видела рептилий, — заметила она.

Так типично для Рут. Иногда было трудно понять, о чем она думает, — ясно только, что её увлекала какая-то мысль.

— Я тоже, — ответил Кэм.

— Но в горах ты их видел, — продолжила Рут.

— Да. Не на самой вершине, но на высоте в две с половиной тысячи метров змей было даже слишком много, плюс целые поля ящериц. И на двух. И на полутора.

Ниже они не спускались.

— Они точно жили ниже барьера.

— Может, муравьи съедают их яйца, — сказала Рут. — Или детенышей. Насекомые могут уничтожать молодь прежде, чем та достаточно подрастет.

— Я вообще не понимаю, откуда тут берется что-то живое, — вмешался Ньюкам.

— Они не нагреваются до такой температуры, как люди, — ответил Кэм.

— Нет, нагреваются, — возразила Рут. — Иногда и до большей. Холоднокровные существа не обязательно холодные. Они просто не вырабатывают собственного тепла, не считая тех случаев, когда бегают или летают. Или греются на солнце. По-моему, большинство пресмыкающихся поддерживают температуру между двадцатью и двадцатью пятью градусами, но у насекомых температура тела обычно равна температуре окружающей среды.

Кэм медленно кивнул. Частицы наночумы работали за счет теплового двигателя. Он активировался, когда нагревался до тридцати двух градусов. Но судя по его опыту, проходило два-три часа, прежде чем чума начинала разрушать тело носителя. Летом в полдень она могла приняться и за насекомых — но по мере того, как остывал воздух, остывали и эти создания. Несомненно, выживало достаточно, чтобы беспрепятственно размножаться осенью, зимой и весной.

Рыб и земноводных надёжно защищали реки и озера. Он сам это видел. Они выжили и ниже критического барьера, и на высоте. Низкие температуры в горах и предгорьях помогли сохраниться пресмыкающимся и насекомым. Должно быть, они вновь и вновь заселяли мир во время случайных миграций.

— Думаю, здесь, внизу, они постоянно на грани вымирания, — сказала Рут, — но это дает основание полагать, что могли выжить и киты. Дельфины и морские котики.

Она покачала головой.

— Иногда мы проверяли. С космической станции, я имею в виду. У них большое количество подкожного жира, но если они держались в холоде… может быть, где-нибудь на севере, в Арктике, или в районе Южного полюса…

Это была утешительная мысль.

— Надеюсь на это, — выдал Кэм, стараясь подбодрить её.

Затем он наклонился вперёд, заглядывая в просвет между домами. Юноша уже привык к ощущению, что за ним постоянно наблюдают, — дело было в окружавших их пустых тёмных окнах и скелетах. Но на сей раз ему почудилось что-то другое. Шум. Мертвые кости по большей части уже давно утрамбовались, но гниль и сила тяжести подтачивали здания и обломки. Дома кренились набок. Мусорные кучи оседали. И все же его подсознание выделило именно этот звук из монотонного тихого шороха — низкий, далекий шум, похожий на вой ветра. Однако утреннее небо оставалось безоблачным и безмолвным.

— Эй.