Читаем Инферно полностью

Я медленно спустился с камня, стараясь не наступить на разбросанные вокруг кровавые ошметки — то, что осталось от лесных бродяг.

Всего минуту назад я дрался за свою жизнь и недрогнувшей рукой положил бы вокруг камня и сотню собак. Но после того как над ними надругался демопес, мне стало их жалко. Собаки превратились в хищных животных. И они разорвали бы меня, получись у них добраться до моего горла. Но они были земными животными. Злыми, беспощадными хищниками. Но почти родными. Мы и сами те ещё хищники. И стали таковыми не после Первой и Второй Кары…

Я осмотрел поле боя и проглотил тугой комок в горле. Нет, нужно передохнуть в деревне, уже несколько часов на ногах, но перекусывать, как планировал, пожалуй, я пока не буду…

Ноги плохо слушались, и добрых пять минут я ковылял, как на ходулях. Потом опомнился и вытащил из кармана куртки горсть патронов. Перезарядил на ходу ружье. Самое главное я выяснил. Демопсы меня не трогают. До этого я видел их только издалека. Но встречаться с ними ещё раз у меня нет никакого желания.

Когда вошел в деревню, голова совсем прояснилась. Если не считать неприятных воспоминаний и рези в глазах, то встреча с демоническим псом прошла для меня без последствий.

Никуличи оказались такими же, как и все остальные брошенные деревни, что я видел до этого. Пока мы с мамой пробирались в Уральск, проходили по улицам четырёх мертвых деревень. Никуличи отличались от них только размерами. Думаю, если бы не Уральск под боком, тут до сих пор бы жили люди. Тем более что вдали, в нескольких сотнях метров от поваленного камнем знака «Начало населенного пункта» я увидел несколько трёхэтажек. Судя по внешнему виду, их строили примерно в то же время, что и в нашем городе.

В остальном ничего примечательного. Все те же камни вокруг — чёрные, оплавившиеся глыбы. Дома по большей части разрушены. У бетонных и каменных коробок современной постройки ещё были шансы пережить разрушительный дождь, но старые деревянные дома при попадании камня или куска льда величиной с половину «жигулей» просто разваливались на части.

Лес уже вплотную подошёл к дороге — огороды затянуло «ряской», и они топорщились молоденькими елочками. Пройдет ещё пять-десять лет, и домов уже не будет видно. Так и останутся торчать выбитыми зубьями десять трёхэтажек, а случайный прохожий будет недоумевать, кому понадобилось строить бетонные коробки посреди леса. Но это, конечно, мечты: ходить по этой дороге и удивляться будет некому. Скорее всего, я и так единственный человек за последние десять лет, кто видит эту деревню.

Ну, кроме Иры и того парня, если я не ошибся на их счет.

Дождь кончился, оставив повисшую в воздухе влагу. Теперь казалось, что идешь, раздвигая жиденький кисель. Каждый вздох давался с трудом, я то и дело откашливался. Липкая влага покрыла лицо и руки, не закрытые одеждой.

Я почти дошел до трёхэтажек, когда опять почувствовал приближение посланника сатаны. Тошнота, холод, страх… Хочется убежать и превратиться в камень одновременно. Тебя разрывает изнутри.

Сделав по инерции ещё несколько шагов, я остановился и обернулся. Кто-то приближался ко мне, но на дороге никого не было видно. Я растерялся. Судя по ощущениям, по головной боли, уже сжавшей виски, кто-то из посланников ада был совсем рядом.

Что-то мелькнуло вверху, и я задрал голову.

С неба, сливаясь с темно-сизыми, до черноты, тучами, на меня падал демон. Я тут же узнал его. Нет, не по сломанному рогу — он был ещё слишком высоко, а мелкая водяная пыль, продолжающая падать с неба, заливала мне глаза, искажала картинку. Я почувствовал его по боли, отвращению и тому чувству гадливости и восхищения, которое он мне внушает.

Это не объяснить словами, но ко мне приближался именно Ли. Мелькнула глупая мысль, совершенно неуместная сейчас: а если бы я не видел глазами, смог бы отличить моего демона от других?

Ли падал на меня рывками. Он то складывал крылья, то опять расправлял их жестким крылом за плечами. Я не мог оторвать от него взгляд — он словно ввинчивался в воздух, как штопор, широкими кругами, иногда переходя в свободное падение. И все это стремительно, резко. Как будто в фильмоскопе меняли кадры диафильма. Только несколько секунд назад он был смазанным пятном чуть ли не за облаками, а вот уже его крылатая тень закрывает мне полнеба…

Меня не оставляло чувство, что он красуется передо мной, завораживает своим совершенством и мощью, которую чувствуешь физически.

Я опомнился в последний момент. Словно пелена с глаз или, скорее, с мозга слетела.

Демон, почти сложив крылья и выставив вперёд тускло блестевшие лезвия когтей всех четырёх лап, падал на меня сверху.

Я бросился к подъезду, в черную дыру двери. Раздался леденящий кровь полувой-полустон, и демон врезался в бетонный козырек над моей головой. Я едва успел вбежать внутрь подъезда, как за спиной раздался грохот обрушившейся под весом монстра конструкции.

У меня заложило уши, голова словно разорвалась от грохота, визга и свиста. Земля под ногами и, кажется, весь дом завибрировали от этого рева, волнами пронзающего все вокруг.