Читаем Инферно полностью

— Например, до гостиницы, — предложил Густав. — Она находится на выезде из города.

— Идёт. — Руслан протянул руку, и странник её пожал. — Тот, кто придет вторым, всю последующую неделю добывает пропитание для нас обоих.

— Договорились.

Они разбили рукопожатие и залезли в кабину корабля.

— Смотри, — сказал Густав, включая навигатор. — Гостиница «Белый шторм» находится на той стороне, отзывы странников все как один положительные, работает давно, на клиентов.

— Тебе легко сказать «смотри», а как я к ней выйду?

— Найдешь по указателям и по компасу. — Густав указал на наручные часы бегуна. — Включи его.

Пока Руслан тряс рукой, заставляя миниатюрный процессор внутри часов переключить режим с временно́го на пространственный, странник максимально увеличил спутниковую карту города.

— Вот. — Густав ткнул пальцем в точку на экране. — Тут «Белый шторм», тут мы. Запомни направление стрелки компаса относительно носа корабля. Не ошибешься, я думаю. Фотография старая, но эта дорога идёт, не прерываясь, через весь город, прямиком к гостинице у реки. Удобно придумано. Дать тебе фору?

— На прямой я сделаю тебя, а когда ты подъедешь к этой забегаловке, я уже буду спать на чистых простынях. Так что касательно времени прибытия победителя поинтересуйся у хозяина гостиницы, я не в состоянии говорить о цифрах во сне.

— Слушай, а если… кто-то из нас не сможет добраться? — вдруг спросил странник.

— В себе я уверен. Да и что с того, если ты или я кончимся? Когда-нибудь это случится, рано или поздно, почему бы не в этом прекрасном пограничном городе? Я справлюсь.

— Но город незнакомый, а у тебя только ножи.

— Ты обо мне, что ли, печешься?! — удивился бегун. — О себе подумай! Поверь, мне гораздо легче передвигаться на своих двоих. И открою тебе страшный секрет, услышав который двадцать человек, включая женщин и детей, расстались с белым светом, — я всю жизнь только и делаю, что попадаю в незнакомые города. С ножами и пешком.

Пронзительно запиликали часы, бегун выключил их, достал флягу и согласно расписанию задумчиво выпил воду, глядя через окно на хмурый город. Небо быстро затягивалось дождевыми облаками. Подул ветер, разгоняя сухо хрустящую на зубах пыль.

— Мне кажется или ветер как будто сдувает этот сраный распрекрасный город? — спросил бегун.

— Кажется. Раньше люди умели строить хорошие, крепкие здания.

— Здания-то были хорошие. А вот люди были херовые.

— Почему это?

— Да потому, — сказал бегун. — Самое главное для тех, кто остался на планете, — выживание. И это понятно. А когда-то люди решали другие проблемы. Например, девушка могла париться, что она жирная сука и её никто не любит, при этом объедаться печеньем перед полуночью, в полночь и за полночь. А какой-нибудь парень мог страдать из-за того, что родители не подарили ему новую машину на совершеннолетие. Для них это было трагедией, веришь ты или нет. И что теперь? Теперь ты радуешься тому, что прожил один-единственный день. Просто прожил его, херовократное ура! Вот она какая, настоящая радость, неподдельная!

— Ну, допустим, из-за машины я бы тоже расстроился, — сказал Густав.

— Ага. — Бегун насмешливо поглядел на него. — А из-за прыщей вены резать стал бы? Или из-за того, что у тебя живот до колен и все тебя дразнят?

— Нет. Я похож на идиота? Тем более что… я не видел действительно толстых людей. Только в кино или на картинках.

— А они были. И страдали из-за этого. Для поддержания ублюдков создавались целые центры, сотни людей работали на то, чтобы жирная потаскуха вышла из депрессии. Сначала сотни работали на то, чтобы она стала жирной потаскухой. И ещё сотни нужны были для того, чтобы создавать для этой жирной потаскухи иллюзию, что она поступает правильно. В том-то вся и разница между мирами, странник, в этом вся соль. Я бы не хотел жить в мире, где люди устраивали сцены из-за платья неправильного цвета или остывшего супа. То был гнилой мир. Пропащий. А крепкие здания — что с них взять! Скоро наступит тот час, когда все окончательно развалится. И придет Легион.

— Ты же знаешь, что не развалины их цель, — сказал Густав.

— Вполне вероятно. Но это уже будет не наша история, на наш-то век развалин точно хватит. Так.

Бегун похлопал себя по карманам и подтянул лямки рюкзака. Всунул в ухо плеер и включил его, сбавив громкость почти до минимума.

— Погнали? — спросил он. — Чего тянуть?

— Погнали.

Они ещё раз пожали друг другу руки. Руслан выпрыгнул из корабля, как с мостика в бассейне, так что тот даже чуть-чуть качнулся набок, заставив отработать амортизаторы. Поднял голову, нюхая набухавший сыростью воздух, словно какой-нибудь зверь, и побежал, лавируя среди обломков прошлого.

Проследив за ним, пока он не скрылся за ближайшим развалившимся пополам зданием, странник поехал налево, туда, где когда-то проходила альтернативная дорога, тоже разрушенная. Но, судя по временны́м слайдам навигатора, наложенным друг на друга, пригодная когда-то для того, чтобы объехать этот город и не попасть в дневную или вечернюю пробку. Если, конечно, умников не соберется столько, чтобы образовать новую.