— Так дело не пойдет! Нам нужно знать, где именно оно находится.

— Вилла в Ред-Хиллз. — Я от всей души надеялся, что вру убедительно. — В сотне ярдов от бензоколонки «Шелл», справа от нее. Вы не пропустите, такое большое белое здание с балконами. Я нашел его достаточно безопасным.

— Оно было бы таким, не окажись среди вас этой змеи…

Выйдя на улицу, я махнул, останавливая такси, из которого неслось регги. С ним соревновался доносящийся с Матильдас-Корнер тяжелый ритм. Менем сказал:

— Как только мы узнаем, какого рода ваша находка, мы лучше поймем, чем она так привлекательна для курдских террористов.

Мы стояли на людной улице. Я торговался с пожилым растаманом, собираясь ехать в Ред-Хиллз. Уотерспун на прощанье мне помахал. Через пару сотен ярдов, я оглянулся: полицейских не было. Затерялись в толпе.

Когда мы достигли Констант-Спринг, я развернул водителя обратно, после чего мы проехали через все Беверли-Хиллз. Мы аккуратно пробирались по тихим улицам с дорогущими домами, высокими оградами и людоедскими собаками. Нарезав несколько кругов, я убедился, что нас не преследуют, и мы вернулись на Матильдас-Корнер. Я остановил такси в миле от «тойоты». Опять поднимался ветер, а вечеринка в парке была в самом разгаре.

— На дискотеку? — спросил растаман.

— Верно, друг. Сдачу оставь себе.

— Да хранит тебя Господь!

Он поехал дальше. Наследие Боба Марли эхом отлетало от стен домов.

Через полчаса я был уже на вилле. Зоула делала какую-то свою штуку, в которой участвовали ананас, рыба под названием люциан и острый нож. Дебби была здесь же и выполняла роль кухонной прислуги. Долтон, в своем ямайском наряде, внимательно изучал рукопись Огилви. Он приветствовал меня дружеским жестом и застенчивой улыбкой, которые я никак не мог увязать с изуродованными телами на Египетском базаре в Стамбуле.

ГЛАВА 29

Мои часы показывали девять утра. Я проспал три часа.

Снизу раздавался мелодичный голос, принадлежавший местной женщине. В лесу по-прежнему завывал ветер. На кухне что-то жарили.

Я надел свитер, шорты и скатился по широкой деревянной лестнице на первый этаж. Дебби и Долтон сидели за большим столом и пили кофе. Долтон мне помахал, а Дебби одарила очаровательной, простодушной улыбкой.

Подошла молодая чернокожая служанка и с сильнейшим акцентом сказала:

— Здравствуйте, меня зовут Перл. Хотите завтракать?

— Попробуйте что-нибудь из местных кушаний, — посоветовал Долтон.

Глаза Перл засверкали.

— Можно кашу из кукурузной муки и бананов, омлет с сыром…

Она продолжала перечислять. Я разобрал только «соленую рыбу».

— Перл, спасибо, я обойдусь гренками.

Она надулась.

— Гренки нельзя. Можно большие жареные бананы.

— Отлично!

— Хорошо.

Перл улыбнулась, и в следующее мгновение я услышал шкворчание масла на сковородке.

На Дебби были черные свитер и слаксы. Она налила в кофе сгущенного молока и сказала:

— Я наконец-то закончила. Вот мое семейное древо с ямайской стороны.

Она подтолкнула ко мне несколько листов формата А4.

— Папа никогда мне об этих родственниках не рассказывал. Думаю, он их стеснялся. Там встречались браки между плантаторами и их рабынями.

— Он ничего не знал о своих ямайских родичах, — сказал я совершенно искренне.

Только я взял в руки древо Дебби, как в комнату влетела Зоула. Она тоже размахивала листами.

— Посмотри, Гарри! Тайнопись!

Я посмотрел и немедленно узнал тайнопись Бабингтона.

— Рука Огилви. Я узнаю почерк.

В глазах Дебби читалось романтическое предвкушение — сокровища и тому подобное.

— То, что нужно, верно? Гарри, ты должен немедленно это перевести!

— Ешьте, пока горячее! — приказала Перл.

Она пошла наверх — наверное, заправлять постели.

— Я не дешифровщик, Дебби.

Судя по вкусу местных бананов, приправлены они были местным же перцем. Кто-то говорил мне, что острее его не бывает, и теперь я готов был в это поверить.

Долтоновская неизменная улыбка вызывала у меня беспокойство. Неотрывно на меня глядя, он сказал:

— Но ведь этот шифр относится к временам Елизаветы?

— Думаю, это шифр Бабингтона, — сказала Зоула.

«Черт бы тебя подрал, Зоула! Не при Долтоне!»

— Ты не можешь не знать его, Гарри, — насторожилась вдруг она. — Ты же собирался сам его расшифровать, забыл? Может, ты и Крест решил найти сам?

Все тот же уверенный, сбивающий с толку взгляд Долтона. Уж не догадался ли он, что я оказался свидетелем ночного междусобойчика?

— Не глупи, — беззаботно махнул я рукой. — Да, с виду похоже на тайнопись Бабингтона, хотя на самом деле всего-навсего перечень замен букв, набор символов и слов. Их наверняка можно скачать из Сети.

Я старался развеять повисшее в воздухе подозрение.

— Почему бы тебе не пройтись? Посмотреть, нет ли где в городе Интернет-кафе… Пока ты будешь искать, я начну работать с дневником Огилви, как могу.

— Мы с Зоулой займемся этим, — сказал Долтон.

Мне не хотелось, чтобы они оказались вместе.

— Схожу-ка я сам.

— Это почему? — спросила Зоула недоверчиво.

— Чтобы вы двое не сбежали с сокровищем!

Делать вид, что это шутка, я не стал. Воздух был наэлектризован. Зоула налила себе кофе и ледяным тоном промолвила: