Читаем Икона и крест полностью

— Мы с огромным интересом наблюдали за вашей работой, мистер Блейк.

— Вы хотите сказать, я все это время был под наблюдением?

— Нам нужна ваша помощь, — уклонился от ответа Уотерспун. — Именно поэтому мы здесь.

— И давно вы за мной наблюдаете?

— Долго рассказывать…

— Дело как-то связано с Долтоном, верно?

Они быстро обменялись взглядами.

— Вы сказали это наобум? — спросил Менем.

Я не ответил.

— Нельзя ли перебраться куда-нибудь, где есть кондиционер?

— Значит, он представляется Долтоном, — проговорил Уотерспун, ни к кому не обращаясь.

— Разумеется! Его так зовут!

— Какие именно отношения связывают вас с так называемым Долтоном? — задал вопрос Менем.

— Неужто не знаете? Ведь мы были под наблюдением!

Менем подождал, пока мужчина и женщина в мини-юбке не спеша пройдут мимо. Мужчина пересчитывал толстую пачку ямайских долларов.

— Нам хотелось бы, чтобы вы просто ответили на вопрос.

— А мне хотелось бы, чтобы вы посвятили меня в курс дела.

— Вы всерьез утверждаете, что вам ничего не известно?

Менем больше не скрывал своего враждебного ко мне отношения.

— До свидания.

Я и вправду развернулся уходить. Уотерспун схватил меня за руку и попытался уладить ситуацию:

— Думаю, мы все немного погорячились. Давайте найдем кафе с кондиционером и начнем сначала.

Мы прошли несколько кварталов, прежде чем до нас перестал доносится шум из парка. Наконец забрели в некое помещение с бассейном и несколькими занятыми столиками. В углу стоял игровой автомат, вокруг которого сгрудились юнцы. Мы заняли свободные стулья, и я заказал себе молочный коктейль. Полицейские удовольствовались кофе. Я взял инициативу в свои руки:

— Где в этом уравнении место для турецкой полиции?

— Имейте в виду: вопросы задаем мы — вы на них отвечаете.

Я пытался держать себя в руках.

— Имейте в виду: я свободный гражданин свободной страны, а вы можете идти ко всем чертям!

Уотерспун отхлебнул кофе и скорчил рожу.

— Вы правы, мистер Блейк. Поймите, мы давно в пути, пролетели несколько часовых поясов… Нам и в самом деле очень хотелось бы услышать ответы на наши вопросы. Вы не представляете, насколько это важно.

Интересно, они играют со мной в плохого и хорошего полицейского, как в кино? Я-то всю жизнь считал это выдумкой сценаристов и беллетристов.

— Так какие отношения связывают вас с этими людьми? — спросил Менем.

Они столько времени морочили мне голову! Кроме того, я все еще был зол.

— Меня наняла знатная линкольнширская семья, чтобы я изучил одну рукопись. В ней содержится нечто, требующее специальных навыков. Зоула — историк-маринист, Долтон — эксперт по предметам религиозного поклонения. Обнаруженное в рукописи заставило нас прилететь сюда.

— Вы утверждаете, что до тех пор с Долтоном знакомы не были?

Менем определенно действовал мне на нервы. Возможно, я сам виноват: мои анархические задатки всегда мешали мне работать в команде. Если не верите, спросите у моего старого сержанта.

— Ни в малейшей степени.

«Специальная служба… Турецкая государственная полиция…»

— Вы, часом, не о терроризме ли речь ведете?

Эта мысль уже несколько дней дремала в моем подсознании.

— Странно, что это прозвучало именно из ваших уст, — сказал Утерспун.

Я ждал ответа. Вместо этого он сам спросил:

— А вы, часом, не ищете что-нибудь?

Менем стрельнул в него глазами, словно тот сказал слишком много.

— Откуда вам это известно?

— Догадался, — ответил Уотерспун, помешивая кофе.

Он не ждал, что я ему поверю, и не беспокоился по этому поводу.

— Так уж получилось, что моя страна находится на перекрестке между Востоком и Западом, Европой и Азией, — начал Менем. — Наши западные соседи — они же давние враги — греки. На востоке — Армения и Иран, обвиняющие Турцию в геноциде, имевшем место в прошлом. К сожалению, наша история полна кровавых событий…

— Благодарю, за время работы я немного поднаторел в истории. Давайте ближе к делу.

Полицейский положил в свой кофе три ложки сахара.

— Как я уже говорил, мы можем рассказывать вам далеко не все.

— Вы прилетели на Ямайку, чтобы мне об этом сообщить?

— Мы хотели бы выяснить, — ответил Менем, — что именно вы ищете и насколько успешны ваши поиски. Ваши и ваших друзей.

— А с какой стати я должен вам о чем-либо рассказывать?

Я все еще чувствовал себя не в своей тарелке: не мог свыкнуться с недавним открытием, что за мной следили.

— Мистер Блейк… Я вхожу в специальный отдел Турецкой государственной полиции. Географические и исторические особенности моей страны, о которых я вам только что рассказал, делают ее притягательной для разного рода экстремистов. Нам приходится иметь дело с курдскими сепаратистами, взрывающими бомбы на Египетском базаре в Стамбуле, мусульманскими фундаменталистами, пытающимися проникнуть на американские военные базы, греческими боевиками, которые…

— При чем тут я?

— Уже некоторое время мы расследуем деятельность некой группы людей. Если я скажу, что эти люди опасны, то сильно преуменьшу серьезность положения.

Я почувствовал, как съеживается кожа на моей голове. Менем продолжил:

— Они и вы ищете одну и ту же вещь. И для них очень важно найти ее раньше вас.

— Я не понимаю, о чем вы говорите.