Читаем Иисус полностью

"Наиболее четкое и полное выражение Божественности Христа содержится в Никейском Символе, который впервые был представлен на Никейском соборе в 325 г. Р.Х. В "Английском Молитвеннике" дан следующий перевод: "единого Господа Иисуса Христа, единственного Сына Божьего, рожденного от Отца прежде всех миров, света истинного от света истинного. Бога истинного от Бога истинного, рожденного, не созданного". То есть в этом утверждении делается все, чтобы разъяснить, что Христос есть "Бог истинный от Бога истинного". Слово "божественный" существует в разговорном языке. Мы можем, например, говорить о "божественной искре" в человеке. Но сочетать это слово со словом "сущность" - совсем другое дело. (Абзац изменен в переводе, чтобы показать игру слов. - Прим. перев.)

Лишь одно лицо в истории объявило о своей Божественной сущности - Иисус Христос. Он недвусмысленно провозгласил, что Его учение есть учение Самого Бога, что Его дела по силам лишь Господу и что вся полнота Его личности заключает в себе абсолютное единство с Богом. Утверждать Христа тем или иным образом означает утверждать Самого Бога. Делающий такие заявления, как Иисус, должен быть либо безумцем и извращением, либо провозглашать истину. И поскольку первое предположение в свете доступных нам доказательств просто невозможно, то приходится заключить: справедливо второе. Иисус Христос именно Тот, Кем он Себя объявлял: Бог истинный от Бога истинного. [А. Г. Лейч. Божественность Христа. - Иллюстрированная библейская энциклопедия Зондервана. Т. 2. Под редакцией Мерилла К. Тиннея. Грэнд-Рэпидс, Мичиган. Zondervan Publishing House, 1975,2-е изд. 1977. с. 88.]

Позднее, в 451 г., был созван Халкидонский Собор. Там библейское учение об Иисусе Христе как едином лице о двух природах было формально уточнено церковью. Важно понимать, что эти собрания верующих собирались не для того, чтобы одобрить только что возникшие богословские положения, но чтобы возразить противникам существующей библейской позиции, которая уже считалась истинной.

Нужно также помнить, что в те ранние времена развития церкви не было ни радио, ни телеграфа, ни самолетов, чтобы распространять сведения или удостоверять точность проповеди. Верующие зависели от передачи информации мужами и женами Господними, которые могли бы точно и действенно передавать слово. Церковные соборы служили основанием этого процесса, что облегчалось присутствием на них представителей всех крупнейших христианских общин Римского мира.

Итак, о Божественности Христа свидетельствует не только Писание, но и церковная история.

Глава 7. Каковы некоторые распространенные возражения против Божественности Христа

В наши дни имеется ряд типичных возражений против Божественности Христа либо затруднений с пониманием этого явления. В этой главе кратко обсуждаются некоторые из них, особенно возникающие у тех, кто вполне знаком с языком и текстом Библии. Более подробное обсуждение этих вопросов можно найти в книгах из "Списка рекомендуемого чтения".

"Отец Мой более Меня"

Согласно Евангелию от Иоанна (14:28), Иисус признавал: "Отец Мой более Меня". Часто считают, что эти слова указывают на подчиненное положение Христа по отношению к Богу.

И действительно, во время Своего земного служения Христос был слугой Отца. Однако это нисколько не отменяет Божественной природы Спасителя. В том же отрывке из Иоанна Он говорит Филиппу: "Видевший Меня видел и Отца..." (14:8-9). Слова эти ясно показывают единство природы Отца и Сына. Видеть одного означало видеть и другого (ср. Иоанна 12:44-45). И когда Христос говорил, что Отец более Его, Он имел в виду лишь свое временное служение, а не свою сущность.

Приведем в этой связи обширную цитату из первоклассной работы Артура Пинка "Раскрывая Евангелие от Иоанна".

"Отец Мой более Меня". Эти слова особенно популярны среди верующих унитарной церкви, отрицающей абсолютную Божественность Христа и Его совершенное равенство с Отцом... Спаситель только что велел апостолам радоваться, потому что Он уходил к своему Отцу, и тут же поясняет: "Ибо Отец Мой более Меня". Если твердо помнить эти слова, то все затруднения исчезают. Превосходство Отца над Сыном оказывается лишь причиной, по которой ученики должны радоваться возвращению своего Господина к Его Отцу. При таком подходе сразу проясняется и смысл слова "более". Разница между Ним и Отцом, о которой говорит Спаситель, относилась не к природе, а к различному характеру служения и месту в мире.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука