Ушла в офлайн. Как обычно. Что и требовалось доказать: его считают недостойным идиотом. Эти игры вынесли ему мозг окончательно. Он не понимал, зачем они нужны? Если она не уверена в своих чувствах, то почему нельзя сказать об этом прямо? Он бы понял, он вообще много чего способен понять. Почему она так сильно боится открыться, боится его? Откуда в ней эта неуверенность, с такой легкостью передающаяся ему? Из-за этих игр его внутренний радар окончательно пришел в негодность. Он уже ничего не понимал: где настоящее, а где игра, хочет ли она что-то сказать выложенным посланием или она написала без всякой задней мысли, без мысли о нем? Внутри поселилось как-то жуткое желе, которое все время тряслось и никак не хотело стабилизироваться. Это было невыносимо. Он не знал, кому и чему верить – ее статусам, своему сердцу или мозгу? На радар надежды больше не было. Если она к нему ничего не испытывает, зачем тогда дает эту тупую надежду? А если дает надежду, значит, все еще возможно? Тогда почему не говорит прямо? Комплексы? Конечно, комплексы, бедняга, досталось же ей, наверное. Ничего, она сможет с этим справиться, он поможет.

Он опять вспомнил свое детство. Очень обидное воспоминание. Он плакал и очень хотел на ручки. Но, видимо, в тот момент родители посчитали это капризом и решили взяться за воспитание. Он плакал, тянул свои ручонки, а его игнорировали. Он бы очень хотел им объяснить, что это не каприз, не прихоть и не попытка подчинить себе родителей. Это обида. Обида из-за того, что его не слышат и не понимают. Хотелось простого тепла, хотелось уткнуться в мамин свитер. Но его игнорировали. Обида только нарастала, плач усиливался. Потом он понял, что его все равно не услышат и не поймут. Он перестал плакать. Родители могли торжествовать над маленьким существом. Они победили, а он в тот момент понял, что лучше вообще не просить поддержки. Потому что если показывать, что тебе плохо, могут не услышать. И тогда будет еще хуже, еще больнее. На черный комок внутри ляжет еще один – страшнее и чернее. Имя ему – непонимание. Лучше все держать внутри.

Сейчас было примерно то же самое. Он не покажет ей свою боль и замолчит. Навсегда.

Из-за сломанного радара и жутчайшей внутренней какофонии он начал полагаться только на монетку. Если он в чем-то сомневался, а сомневался он теперь во всем и всегда, достаточно было ее подкинуть и получить ответ. Эта монетка заменила ему все – внутренний радар, разум, чувства. Она стала спасательным кругом в море сомнений. Он понимал, что это неправильно, что так не должно быть. Но успокаивал себя знаком зодиака: что поделать, коль ему судьбой предначертаны вечные сомнения. Странно только, что раньше ничего подобного не было.

Они перестали общаться. Общение заменила игра в статусы. Он не знал, что писать, он упорно не хотел прикрываться чужими цитатами и песнями, а своего уже ничего не осталось. Почти две тысячи просмотров в его блоге. Без регистрации на сайте читать его невозможно. А он даже не знал ее ника, и вообще не мог видеть, кто его читает, кто эти загадочные читатели. Он не хотел писать, искренне не хотел ничего писать. До сих пор он и не понимал, насколько может быть болезненным рождение каждой строчки.

В конце концов, рассудок победил, приказал сворачивать эту игру. Он чувствовал, что уже на грани нервного срыва, он не знал, что думать и как действовать, он на полном серьезе боялся загреметь в дурку с какой-нибудь паранойей. Почему она не дает прямой ответ, ведь это так просто! Мир вообще устроен очень просто. Но людям, видимо, скучно живется, поэтому они всеми фибрами души стараются все усложнить.

Это была просто дикая усталость. До такой степени, что раздражало все вокруг. Он заводился, если ему кто-то звонил и приглашал на день рождения. Малейшее замечание выводило его из себя, даже если оно было справедливым.

Юрмала, Латвия

Почему-то уборные в гостиницах всегда пахнут одинаково. В любой стране, в любом городе. Эта неестественная свежесть, эти вечно белые и жутко колючие три полотенца, тщательно сложенные, это дешевое мыло. Такое ощущение, что все полотенца во всем мире стирают одним порошком, а сантехнику чистят одним средством.

Обнаружил на руке длиннющий волос. Время от времени он находил их и никак не мог понять, откуда они берутся. Как же так получается, что среди мелких, одинаковых и еле заметных волосков вдруг вырастает что-то длиннющее, тонкое и противное. Он всегда вырывал такие волоски, шансов у них не было никогда. Он представил, что этот волос и есть игра, навязанная ею. Игра, на которую он зачем-то подписался. Резко дернул, волос остался между пальцами. Как же легко! Неужели ему удалось?