– Для начала надо выпустить вас на волю, – сказал Бершад и удивленно наморщил лоб, увидев на земле тарелку с олениной и богато изукрашенную вилку. – А это еще что за фигня?

– Ужин Грунгара, – ответила девчонка, от которой исходил сильный запах страха.

Приглядевшись, Бершад вспомнил, что видел ее в таверне:

– Ты Нола, да?

– Ага.

– А где твоя сестра?

Девчонка замялась:

– Не знаю. Когда на город напали Змиерубы, мы разминулись.

Бершад кивнул и уперся руками в стенку:

– Отойдите-ка подальше.

Божий мох наделял его такой силой, что выломать прочные стенки загонов, предназначенных для данфарских свиней, не составило бы особого труда. Бершад дернул доски на себя, но те не поддались. Только сейчас он заметил черный трос, обвивавший загоны.

– Это якорный канат с неболёта, – объяснила Нола. – Вергун в первый же день велел здесь все обмотать, чтобы мы стенки не вышибли.

При имени Вергуна у Бершада кровь вскипела в жилах.

– Вергун к вам приходит?

– Каждый день, – прошептала Нола. – Ждет твоего возвращения и жутко злобствует.

– Вот я и вернулся, – буркнул Бершад. – И я его убью. Но сперва освобожу вас. У кого печать от баларского замка?

– Какая печать?

– Ну, маленький серый кружок. Им отпирают такие замки.

– А, я видела такой у одного из наемников. Они с Грунгаром ушли искать тебя в крепости.

– И как же зовут этого Змиеруба? – спросил Бершад, которому близость кочевницы позволяла подслушивать разговоры наемников.

– Ой, не знаю…

– Ну хотя бы чем от него пахнет?

– Чем пахнет? – удивленно переспросила Нола.

– Я же должен как-то отыскать его среди других Змиерубов.

– Ну… запаха не помню… а сам он такой… белобрысый.

– Листириец? – уточнил Бершад.

– Может быть. Они же все в боевом раскрасе.

Бершад хмыкнул. От Голла всегда разило ромом, но листирийцы, как правило, пахли чем-то сладковатым, напоминающим свежее сено.

К сожалению, кровь Трента пропитала всю одежду Бершада, что не позволяло им с кочевницей различать все остальные запахи. Учуять кого-то одного было невозможно. Бершад расстегнул рубаху, снял ее и отбросил в грязь.

Стало немного лучше. Бершад решительно взялся за штаны.

– Ты что, совсем сдурел? – спросил однорукий ветеран.

– На нем даже набедренной повязки нет, – сказала пожилая папирийка.

Не обращая на них внимания, Бершад опустился на колени и вдавил ладони в стылую грязь. Все чувства обострились. Он учуял листирийца где-то на противоположной стороне канала. Подвыпивший наемник, сопя и отдуваясь, трусцой направлялся в крепость.

Бершад подхватил с земли вилку и глянул на Нолу:

– Я сейчас вернусь.

Он выбежал со скотного двора и помчался на берег канала.

55. Нола

Заповедный Дол, свинарник

– Сайлас Бершад совсем спятил, – заявил Дервис.

– А елдак у него вовсе не с руку длиной, – сказала Сако.

– Нафиг ему вилка? – спросил Перн.

Нола пожала плечами:

– Понятия не имею. Но очень надеюсь, что он скоро вернется.

Прошло двадцать минут.

Из города не доносилось никаких звуков. На скотный двор никто не возвращался. Барона Бершада и след простыл.

Ворота снова распахнулись, и Грунгар вразвалочку направился к загону. Плешивый наемник семенил рядом, но белобрысого, у которого остался ключ, с ними не было.

– Фрунди носится вокруг крепости как дурак, – сказал плешивый. – Нет там никакого Бершада. Откуда ему взяться? А Трент с Вумпом по ночам стоят в карауле у сторожевой башни, играют в кости и все время обвиняют друг друга в жульничестве. Наверное, Вумп сам столкнул приятеля со смотровой площадки, а теперь рассказывает небылицы, чтобы отмазаться.

Грунгар насупился, разглядывая брошенную тарелку с олениной:

– Где вилка?

– Чего? – переспросил плешивый.

– Вилка нет.

Плешивый удивленно заморгал:

– Грунгар, мы все здесь разграбили. Нафиг тебе какая-то вилка?

– Любимый вилка Грунгар. Для зубы девчонка. – Наемник обернулся и злобно зыркнул на пленников. – Кто взять?

– У нас что, руки по десять локтей длиной? – спросил Перн.

Грунгар недоверчиво прищурился, словно всерьез заподозрил, что среди пленников есть обладатель длинных рук. Наконец его взгляд остановился на Ноле.

– Ты. Где вилка?

– Понятия не имею.

– Вилка нет исчезать сам. – Он выхватил меч из ножен. – Дать вилка, или Грунгар резать горло.

– Эй, полегче, приятель, – предостерег его плешивый. – Вергун не любит, когда нарушают его приказы. Нам все равно в загон не попасть, ключ-то у Фрунди. Давай лучше зайдем в особняк побогаче и подыщем тебе новую ви…

Сайлас Бершад выскочил из сумрака, запрыгнул Грунгару на закорки и вогнал вилку ему в глаз:

– Вот тебе твоя вилка, сволочь.

Грунгар взвыл от боли. Бершад выронил вилку и с такой силой врезал Грунгару по хребту, что наемник повалился на землю, трепыхаясь, точно раздавленный паук.

Бершад ловко выхватил у него меч и чиркнул им по горлу плешивого Змиеруба. Тот тоже упал. Из перерезанной глотки вырывался булькающий хрип и хлестала кровь.

Грунгар все еще судорожно подергивался. Бершад подступил поближе, выдернул вилку из глаза и резкими движениями распорол наемнику шею, разорвав голосовые связки.